— Этап первый — проникновение под энергетический щит. Если боец слабее или очень сильно ранен, либо есть контакт кожа к коже — это относительно легко. Пятнадцать, тридцать, сорок минут — но у меня это получалось. Тебя я… наверное, никогда не смогу взломать. Многослойный мультистихийный щит мне не по зубам. И ты снова стал сильнее…
Пока я говорила, Стужев просто стоял и молча слушал, но вместе с тем я ощущала, как его щит… менялся. Как будто становился проще. Истончался.
— Стоп! — произнесла торопливо, почувствовав, что он стал чуть ли не на порядок слабее. — Не представляю, как ты это сделал, но сейчас я могу…
Замолчав и юркой струйкой чистой воли проскользнув в образовавшиеся микрощели, больше не заполненные чем-то жидким, я не удержалась и промчалась по организму Стужева, восхитившись его идеальной физической и духовной формой.
Не человек! Существо высшего порядка!
А следом, специально акцентируя своё присутствие рядом с пространственным артефактом, ответственным именно за активацию доспеха, произнесла:
— Чувствуешь меня? Я рядом с артефактом. Не перехватывай контроль. Не мешай. Я просто покажу.
И отправила один единственный энергетический импульс по нужному пучку нейронов.
Доспех моментально сложился внутрь и Стужев с расширенными от изумления глазами уставился на меня.
Уже без доспеха.
— Фантастика!
— Элементарно, — усмехнулась, качая головой.
— Нет, ты не понимаешь!
От переизбытка эмоций Стужев схватил меня за плечи. Его зрачки были расширены, губы приоткрыты, да и в целом он выглядел взбудораженным. Приятно взбудораженным.
— Целители не умеют проникать под энергетические щиты! По крайней мере подавляющее большинство. Ультры не в счет, их способности уникальны в любом случае. Плюс ко всему именно целители в наших отрядах не самого высокого ранга. Более того, обычно слабее большинства бойцов. Про точечное воздействие на нейроны вообще молчу! Это полноценная магическая нейрохирургия! А ведь наши целители в большинстве своём классические полевые хирурги, травматологи и реаниматологи. Узкие специалисты. Понимаешь?
— Понимаю, — кивнула. — Но ведь можно их научить. Это не так сложно на самом деле.
— Сложно, Поль, очень сложно, — вздохнул Стужев и только после этого меня отпустил, потирая лоб и возвращаясь на диван, куда не просто сел, а практически рухнул. — У большинства из нас есть некий… личный потолок. Границы возможного. Я уже понял, что у тебя их нет, но ты в этом плане уникум. А вот остальные — нет. Они самые обычные люди… Со своими понятиями возможного, способностями и даже страхами. Ты не боишься рисковать, это хорошая черта. Но до определенного момента. — Он посмотрел на меня. — Тебе везет. Безумно везет. А ещё это… Наверное, интуиция. Наверняка подкрепленная знаниями. Многими знаниями! Но многих ли ты терапевтов знаешь, которые вот так сходу возьмутся оперировать мозг?
Я поняла, о чем он хочет сказать, и покачала головой.
Да, не каждый терапевт захочет рисковать пациентом. И ещё меньше — собой.
А вот патологоанатом…
— Что ж, проблема ясна, — произнесла бодро и обманчиво легкомысленно. — Предлагаю следующее: если в будущем появятся такие пациенты, везти их ко мне. Помогу всем, кому смогу. Правительство ведь раскошелится на медицинский борт в случае чего?
— Раскошелится, — с каким-то особым злорадством произнёс Стужев, в этот момент явно подумав о чем-то своём. Затем сфокусировал взгляд на мне и предупредил: — Но мне придется подать развернутый рапорт именно об этой твоей способности. Чтобы обосновать прошение.
— Чем мне это грозит? — уточнила сразу.
Мужчина задумался.
— Глобально — ничем. Разве что парой подписанных бумаг государственного значения. О неразглашении и неприченении намеренного вреда. Ты не мужчина и не военнообязанная. Это большой плюс. Для тебя. В остальном решать тебе, на что соглашаться. Но рекомендую ни на что. Ты — частное лицо, готовое оказать медицинскую помощь по заявке, не более. С остальным будет больше проблем, чем пользы.
— Например?
— Если подпишешь госконтракт — выдернут из постели в любое время ночи и отправят на точку. Лично. Сомневаюсь, что ты будешь этому рада.
— Не буду, ты прав, — покачала головой со смешком. — Я желаю людям добра, но не за свой счет.
— Вот именно. Если будут давить на то, что у тебя нет условий, требуй, чтобы предоставили. Ты в своём праве. Ты аристократка, причем глава рода, а не девочка на побегушках. Твои способности уникальны и, грубо говоря, ты имеешь полное право выкручивать руки всем, кто наивно думает, что сможет тебя прогнуть.