И тут же приставным шагом ушёл от удара секирой, прямо на ходу врезав нападавшему противнику туда, где у человека было бы ухо. На этот раз — без навыка, если, конечно, не считать классовой пассивки, по умолчанию делавшей из обычной офисной планктонины грозного кулачного бойца. Потому голем и остался на ходу, лишь отшатнулся и на время потерялся в пространстве. Тут бы его и добить, но увы, на это не было времени — пришлось срочно уходить от атаки двуручным кривым клинком и, развернувшись, двойкой в лицевой щиток предупреждать попытку отоварить меня булавой.
Хоть по тому, как я начал бой, заподозрить это было сложно, но вообще, когда Кая отчитала меня за злоупотребление навыками, я её понял с первого раза, и отнёсся к услышанному со всей серьёзностью. Поскольку да, я человек, и мне свойственно время от времени ошибаться. Но при всём признании своего несовершенства, я всё же предпочитаю, чтобы в сходных ситуациях мои ошибки каждый раз были разные. Потому я не стал поддаваться импульсивному желанию на испуге выдать максимум самых мощных атак за минимальное время — чем оно может быть чревато, до меня уже дошло. Я это сделал умышленно, и ровно в том объёме, которого требовал мой план на эту битву. Не шибко сложный и далеко не хитрый, времени придумать что-то этакое у меня всё равно не было. Просто мне было жизненно необходимо в первую очередь сломать големам строй, коим в ином очень противном случае они бы меня без затей задавили. И заодно, чтобы два раза не вставать, быстро вывести из игры тех противников, которых я, глянув на их вооружение, счёл наиболее проблемными. Собственно, всё. Дальше я собирался последовать заветам Мухаммеда Али, то есть, порхать как бабочка, жалить как пчела и надеяться, что враги рано или поздно закончатся. Разумеется, всё это в границах двух пересекающихся освещённых кругов от лежавших на полу факелов — которые, круги, в смысле, вместе образовывали фигуру, удивительно похожую на то, что мне непременно должно было настать, если бы моя тактика не сработала. И оно, должен заметить, чуть не настало.
Нет, какое-то время я вполне себе успешно крутился ужом в пределах светового контура задницы и лихо раздавал удары во все стороны, успев ряды своих противников даже ещё немного проредить. Но я недооценил их количество. Как бы я не старался, боеспособных бидонов в зале оставалось порядочно, и, что было самым паршивым, они начали ко мне приспосабливаться. Пробовать уклоняться, подлавливать меня в момент атаки, даже провоцировать на неё, заранее подготовив контрмеры. Пока получалось у них не очень, но с каждым следующим заходом мне становилось всё сложнее. Увы, я не оказался настолько непредсказуемым, как надеялся, и, насмотревшись на мои действия, неведомая координирующая фигня, направлявшая действия големов, стала намного лучше меня просчитывать.
Наконец я попался. Голем с жутковатого вида двуручной саблей, вроде бы неповоротливый, от которого я ранее шутя ушёл, начал очередную атаку прежде, чем я смог переключить на него внимание. В результате, я не успевал уже ничего, ни снова увернуться, ни подставить наруч, ни ударить самому, ни активировать навык и смыться. Ни-че-го. Разве что осознать, что всё, приплыли.
Как вдруг откуда не возьмись…
Нет, серьёзно, я в душе не представлял, откуда между нами вдруг нарисовалась эта фигура в тёмном плаще с капюшоном. Не иначе, соткалась из воздуха, поскольку долю секунды назад её там объективно не было. Я даже успел подумать, что это за мной смерть явилась, и удивиться, чего это она ко мне спиной и с мечом вместо косы. Прямо удивительно, как быстро могут мелькать мысли, когда готовишься сыграть в ящик. «Смерть» же тем временем парировала предназначавшийся мне удар, прямо из блока ткнула мечом вниз, вскрывая корпус голема, и в следующий же миг исчезла, будто её здесь и не было. Мне же пришлось сделать над собой усилие, чтобы подобрать челюсть и вернуться в покуда ещё не закончившийся бой, дабы не обесценивать только что произошедшее чудо. С этим мне неимоверно повезло — я едва успел сунуть кулаком в морду уже занёсшего надо мной меч голема.
— Вороний Клюв! — закричала у меня в голове Кайара, и от неожиданности я вложил в дежурный левый хук силу навыка, отчего бок несчастного бидона разлетелся тучей осколков. — Мы нашли его! Но странно, он не того класса, что я думала.
— Ништяк, — раздражённо ответил я, подныривая под удар булавой и контратакуя апперкотом. — Кая, ты не видишь, что я занят?! Потом расскажешь.