Равно как и то, что из подземного притона Локрин вывел нас какими-то огородами, то есть, пардон, завалами, явно в стороне от торных путей. Здесь я бы не удивился, если бы за поворотом вдруг обнаружился голем, потерявшийся при зачистке ещё во времена перед основанием города — настолько дикими и необжитыми выглядели коридоры, по которым мы шли. И спуск на уровень ниже отнюдь не выглядел сколько-то цивилизованным — просто пролом в полу, похоже, даже естественный, возникший просто от запущенности подземного лабиринта.
— Ходы удобнее, уж извини, недоступны, — словно оправдываясь, заявил Локрин. — Часть слишком уж хоженая, сейчас нам туда не надо. Другая — под замком, так что её ещё до железноруких замуровали. Кому понравится, когда в твою резиденцию снизу кто попало влезть может? Но мы не гордые, мы её снизу обойдём.
— И всё-таки, ты здесь слишком хорошо ориентируешься, — заметил я.
— Жил я здесь, — огрызнулся налётчик. — С того времени, как «Ястребов» разбили, и до момента, пока всем не слишком себя проявившим объявили амнистию. Так что да, репутация класса, и я даже в банде был. Доволен?
— Чем? — я пожал плечами. — Тебя за это и Кайара бы не осудила.
— До откуда тебе это знать? — начал злиться Локрин. И у меня возник конкретный соблазн рассказать, откуда именно. Но даже прими я идею Каи обо всём налётчику рассказать, случай для этого был совсем неудачный. И не из какого-то там стеснения. Просто в этот момент, как по заказу, неподалёку послышались чьи-то шаги. Локрин, услышав их, тут же исчез — хотя, находясь с ним в группе, я знал, что он всё ещё неподалёку. Я тоже подумал было последовать его примеру — вот только пока решал, куда бы мне здесь забиться, незнакомцы уже показались.
Их было трое. Все — в капюшонах и со скрывающими нижнюю часть лица масками, что делало их похожими не то на игровых ассасинов, не то на киношных ниндзя. Двое — с короткими широкими клинками на поясе, один — безоружный, зато в усиленных перчатках. Не иначе, коллега, первый встреченный за всё время, что я был в этом мире. Он со мной и заговорил.
— Стоять! Кто таков?
— Спокойно, дружище, — ответил я как можно мягче. — Свои.
Почему-то мне показалось, что представиться случайным мимопроходилом не выйдет — здесь, под землёй, случайных не было. Оставалось только определить, кто такие эти «свои», прежде чем меня раскусят.
— Я тебя не знаю, — заметил монах. — И где второй? Мы слышали ещё один голос.
— Он здесь, прикрывает. На случай неожиданностей, — присутствие Локрина я также решил не отрицать, прямая ложь, если уж они его слышали, мгновенно перевела бы разговор в драку. — Ну, и я тебя тоже не знаю. Не отсюда я. Но с важным донесением к самому, смекаешь?
— Вот как? — из-за капюшона я не видел, вскинул ли мой собеседник бровь, но по тону звучало так, как будто да. — Ну, хорошо. Учение, переданное мне мудрецами, всесильно.
— Ибо оно верно, — в полнейшем офигении закончил я фразу. Последнее, что я ожидал сейчас услышать — это как кто-то перевирает цитату из трудов дедушки всех октябрят. Какие мысли у меня это вызвало, догадаться нетрудно. Тем более, что, судя по тому, как расслабился монах, я угадал.
— Славь Йируна, брат, — сказал он, коротко поклонившись. — Скажи другому нашему собрату показаться, и мы проводим вас.
— Конечно, — ответил я. — Локрин, ты слышал? Покажись!
— Локрин?!
А вот это уже был прокол, и очень жирный. Такой, после которого отбрехаться уже не получится, поскольку сразу же начинается бой.
Кстати, дико смешно бы получилось, окажись реальный агент культистов тёзкой того, кого они должны были убить.
В тот момент, однако, мне было не до смеха, ибо коллега по классу, тварь такая, оказался хорош. Если моя боевая эффективность сводилась к общим представлениям о боксе и случайно полученному множественному левел-апу, то эта сволочь оперировала чем-то вроде ушу или тхэквондо, и на весьма солидном уровне, натренированном, как мне показалось, отдельно от навыков. Кои также далеко не сводились к быстро пробежать и сильнее врезать, как это было у меня. Буквально в первые же секунды боя на меня обрушились несколько энергетических шариков и запущенный с ноги воздушный резак, от коих мне, по счастью, удалось увернуться. А вот безудержный ураган из высоких пинков в прыжке пришлось принимать на поднятые руки, что вышло отнюдь не безболезненно даже с учётом моих способностей. И самое паршивое, я не видел, как мне из этой ситуации выйти. Враг бил слишком часто, настолько, что о контратаке нечего было даже думать. Разве что подождать, пока выдохнется — вот только не факт, что прежде не обнаружилась бы брешь в моей защите.