Он обнял меня одной рукой, а другой нежно гладил мои волосы.
— Выше голову, дорогая,— прошептал он,— я понимаю, что это безумно трудно, но с этим надо справиться...
— Извини, Стив,— пробормотала я,— но мне все вдруг показалось очень мрачным и зловещим.
Мы стояли рядом под яркими звездами. Быстрым движением Стив привлек меня к себе и нежно поцеловал в губы.
— В один прекрасный день я перестану быть мрачным и зловещим,— сказал он.
Мы повернулись спиной к фонтану и направились к кампусу.
Глава 10
Мы со Стивом инстинктивно держались подальше от веселой толпы и незаметно улизнули в тихий ресторанчик. За едой почти не разговаривали, понимая, что невольно вернемся к теме гибели Грейс. Распрощалась я со Стивом примерно в половине десятого. Моя комната выглядела в чем-то по-другому. Я обратила внимание на то, что книги и тетради были уложены аккуратными стопками, на туалетном столике тоже все стояло как-то иначе. И сообразила, что полиция производила здесь обыск.
Внезапно я услышала за своей спиной протяжное:
— Так ты снова появилась, милочка?
Норма, облаченная в роскошный домашний халат из белой с золотом парчи, неслышно вошла в комнату. Утренний визит в парикмахерскую превратил ее длинный «конский хвост» в эффектные локоны. Она развалилась на кровати Грейс.
— Мне сказали, что тебя с нью-йоркским детективом просто водой не разольешь.
Сперва я подумала, что желчь в ее голосе вызвана завистью, ибо я оказалась на авансцене, но потом поняла, что Норма нервничает.
— Кстати, твой Шерлок уже сделал набег на больницу?
Тогда мне стало понятно, из-за чего она так нервничает, и я не стала церемониться.
— Можешь не дрожать. Лейтенант Трент не знает, что ты порвала письмо Грейс. Джерри сказал, что сам его уничтожил, а я это подтвердила.
— Ты подтвердила? Моя дорогая, как мило с твоей стороны пойти на такое ради меня!
— Я сделала это вовсе не ради тебя, а потому, что глупец Джерри не пожелал ни во что тебя вмешивать, ну а я обещала ему помочь. Своим необдуманным поступком ты, возможно, добилась того, что он не получит страховку за Грейс. Но ведь тебя это не трогает, верно?
Норма пожала плечами.
— Думаю, ты исказила факты, чтобы я оказалась главным злодеем в этой драме.
Я впервые подумала об этой страховке, и только сейчас до меня дошло, как эго может отразиться на нас. Разумеется, мне хотелось, чтобы Джерри ее получил. Он заслужил это после всего, что ему пришлось пережить. Но тогда он станет относительно богатым... Во всяком случае, Норма захочет выйти за него замуж.
И я решила, что стану бороться за Джерри, ибо теперь я почувствовала, что нравлюсь ему, да и Грейс мне об этом говорила. Если бы не ослепление Нормой... Итак, я была готова к бою.
— Хотелось бы знать, что подумает лейтенант Трент, услышав, что эти письма порвала ты! — заявила я, объявляя ей войну.
— Ну, и что ты имеешь в виду?
— Вчера, когда ты хвасталась орхидеями Джерри, он был практически нищим. Ну а теперь он может разбогатеть. Грейс была камнем преткновения, не дававшим ему возможности жениться на тебе. Сама сделай логический вывод.
С нарочитой медлительностью она закурила сигарету.
— Очень забавно, милочка. Продолжай.
— Полиции известно, что Грейс вчера написала письмо тому, кто это скрывает. Допустим, оно предназначалось тебе. В нем Грейс назначила тебе где-то свидание. У тебя есть машина, и ты вечером могла встретиться с Грейс. Допустим, она сказала тебе, что кое-что выясняла про тебя, и пригрозила рассказать об этом всем, если ты не отстанешь от Джерри. Не объясняет ли это, почему ты порвала письмо, написанное ею Джерри: чтобы полиция не связывала убийство Грейс с тобой!
— Мне страшно не хочется разочаровывать тебя, Ли. Даже Грейс, считавшая меня своим злейшим врагом, не осмелилась бы обвинить меня в убийстве. Грейс могла обвинять меня лишь в том, что я нравилась мужчинам, а она — нет. Бедняжка Грейс! Она преследовала Стива Картериса — и осталась с носом. Преследовала Роберта Хаднатта — и получила от ворот поворот. Потом подцепила рыжего моряка, ну а тот ее убил...
Нет, Ли, я не убивала Грейс Хау. Я не лицемерка и прямо скажу, что она мне больше нравится мертвой, нежели живой, и мне, разумеется, жаль Джерри. И все же хорошо, что он избавился от такой отвратительной сестрицы. А письмо обо мне она написала потому, что была по натуре злобной и завистливой. Нет ничего удивительного, что я порвала эту гадость!
— Как бы реагировала полиция, если бы услышала, как ты отзываешься о Грейс?