Забыв о старой брошке, Норма продолжала:
— Бедняжка Джерри был страшно разочарован, когда я отказалась взять его значок. Но ты же знаешь, что это означает? А я не хочу ничем себя связывать. Он, конечно, славный парень, но у него ни гроша за душой, а иметь эту отвратительную Грейс в качестве...
Все же у нее хватило порядочности замолчать, когда распахнулась дверь ванной и вышла Г рейс. Моя соседка замерла в дверях, зажав в руке свою «спецдоставку».
С присущим ей умением унижать людей, менее привлекательных, чем она сама, Норма заставила чувствительную Грейс возненавидеть ее столь яростно, что это уже граничило с психопатией. Я с удовольствием ждала, когда полетят пух и перья.
И они полетели.
Моя соседка, глядя на Норму своими светлыми глазами, с пугающей яростью отчеканила:
— Не думаю, что эта «отвратительная Грейс» войдет в твою семью. Я предпочла бы умереть, да и Джерри видеть мертвым...
Похоже, Норма была потрясена искренностью этой неожиданной атаки. Даже я не ожидала ничего подобного. Но вообще-то такая реакция была типичной для Грейс. Одной фразой она превратила заурядную ссору во взрыв эмоций такого накала, что это выглядело почти неприлично.
Некоторое время мы стояли, хлопая глазами, потом Элейн поспешно сказала:
— Никакой перебранки, девочки! Поехали, иначе мальчики выпьют без нас все шампанское в «Эмбер-клубе».
Но Грейс не шевельнулась.
— Я не еду в «Эмбер-клуб».
И, обратившись ко мне, добавила слегка дрожащим голосом:
— Ли, будь добра, объясни Стиву,'если он заметит мое отсутствие, что я не смогла приехать. Я только что узнала, что мой приятель сегодня вечером будет в Нью-Йорке. Естественно, нам захочется побыть вдвоем.
— Ты имеешь в виду парня, отправляющего тебе письма спецдоставкой?
Казалось, Грейс не слышала.
— Я подумала, Ли, что мы с ним сможем пойти на «Федру». Так что, если билет тебе не нужен, может,, ты отдашь его мне?
Я была поражена не меньше Нормы и ее сестрицы, но поспешила ответить:
— Разумеется.— И достала билет из ящика туалетного столика.
— Благодарю.
Грейс обратилась к Элейн:
— Так что вам даже не придется делать крюк: театр «Кембридж» находится как раз напротив клуба.
Когда она вкладывала билеты в свою записную книжку, я обратила внимание на первое из того, что должна была вспомнить позднее, когда все сделанное и сказанное Грейс в тот вечер приобрело особое значение.
Моя соседка всегда была до смешного скромна в косметике, но в этот вечер, прочитав полученное письмо, она переусердствовала с макияжем в ванной комнате: губы были густо намазаны яркой помадой, а щеки пылали — отчасти от щедро наложенных румян.
Все еще сжимая в руке письмо, Грейс подошла к зеркалу и неловко прикрепила к своему платью маленькую бриллиантовую брошь, единственную драгоценность, сохранившуюся у нее после банкротства отца. Затем она подошла к шкафу и достала свою вечернюю накидку — жалкую синюю пелерину с облезлой кроличьей опушкой.
Сама не знаю почему, я вдруг почувствовала какой-то ложный пафос происходящего: Грейс, прошлые романы которой никогда не заходили дальше периода «первого знакомства», собирается в театр, где встретится с настоящим поклонником, с этим безвкусным макияжем на лице и в устрашающе старой накидке...
И я в порыве щедрости предложила:
— Если у тебя такое важное свидание, Грейс, почему бы тебе не надеть мою шубку? Я не собираюсь в ней ехать.
Она неуверенно повернулась ко мне.
С тех пор ка& их надежды на громадное состояние в будущем трагически развеялись, Грейс и Джерри боялись принимать какие-бы то ни было «благодеяния» из милости или жалости. Это доходило до абсурда.
— Ты это серьезно?
— Конечно.
Под насмешливым взглядом Нормы, которая, к счастью, не открывала рта, Грейс облачилась в мое пушистое меховое манто и сунула письмо в его глубокий карман. Затем она с видимым удовольствием потерлась щекой о мягкий воротник, и в этот момент, несмотря на вульгарную помаду на губах, она выглядела даже хорошенькой, правда, похожей на миловидную фарфоровую куклу.
— Спасибо, Ли! Огромное спасибо! Я буду с ним очень осторожна. Обещаю тебе.
Я часто потом задавала себе вопрос: как бы я чувствовала себя тогда, если бы имела хоть малейшее представление о тех фантастических и ужасных событиях, которые произойдут до того, как я снова увижу свою серенькую шубку.