Александр задумался, представив себе подобное. На удивление, он легко вообразил себе эту картину, будто уже это где-то видел или ожидал в ближайшем будущем.
«Приехал бы, чтобы обнять. И обнимал тебя так долго, пока ты бы не заснула в моих объятиях».
«На улице?» Удивленно расширила глаза Виктория.
«Почему на улице? В машине».
Она улыбнулась. Ее улыбка заставила его немного оттаять.
«Неужели я нисколько не вдохновляю тебя?»
Виктория смутилась и сложила пальцы вокруг стакана с коктейлем, собираясь с мыслями.
«Нет, не то чтобы… просто впервые я слишком увлечена своей жизнью настоящей, а не вымышленной. Все это», она невольно на секунду посмотрела прямо на него, «ты, занимаешь мои мысли постоянно, не впуская ни одной идеи. Вернее, может быть, идеи и возникают, но дальше я просто не способна их развить. Они так и остаются лишь прообразами, если не сгорают в моей памяти. Ты очень меня вдохновляешь», сделав уверенный вдох, она продолжила: «Но только на то, что для меня непонятно и незнакомо. Если это не то, что тебе нужно, то… мне очень жаль и… прости меня».
Александр улыбнулся, а его лазурные глаза заискрились от веселых пляшущих чертей, когда он ответил:
«Мне было бы намного скучнее, если бы ты сегодня же или через неделю предоставила целый отчет обо мне, типа как простой список клише из художественной литературы. Или если бы устроила за мной слежку. Второе, честно, меня бы устроило гораздо больше».
Виктория заливисто рассмеялась. Александр так старался поддержать ее и поднять ей настроение. И ему каждый раз это удавалось. Хотя как раз этого она хотела добиться для него самого. Видимо, мне еще слишком далеко до него, подумалось ей.
«Ты ведь не следишь за мной?»
«Нет», Виктория отрицательно покачала головой, «это было бы неправильно».
«А что ты считаешь правильным?»
Она задумалась, глядя в его глаза, а спустя несколько секунд покрылась густой краской еще больше.
«Ну, хм, то, что происходит сейчас, кажется мне самым правильным…»
«Значит, и напишешь обо мне в самый правильный момент».
Виктория кивнула, уже более расслабленная после его слов. Но все еще стесненная своими мыслями.
Александр несколько раз ловил себя на мысли, обратила ли она чуть больше внимания на его сказанную вчера фразу: Не совсем случайную и точно сказанную зря, — так он думал и пытался найти в ней признаки взволнованности именно этим.
И вот, кусая губу в задумчивости, Александр посмотрел на нее и заметил, как она неуверенно обводила желтую букву «М» на стакане с клубничным коктейлем.
«Знаешь… вчерашней ночью я удалил фотографию шрама».
«Правда?» Удивленно взглянула Виктория, растроганная его искренностью.
Александр кивнул. Отбросил все эмоции и тише заговорил:
«Мне кажется, ты что-то изменила во мне. Мое отношение к жизни. И сейчас мне уже не нужно постоянно смотреть на напоминание о том, почему я должен каждый день стараться не пасть духом. Достаточно просто взглянуть на тебя», увидев, как она слушала его, дорожа каждым произнесенным словом, решил продолжить: «С того момента, когда захотел проживать каждый день, не растрачивая его впустую, я стал больше внимания уделять постоянным вещам. Как, например… Ну, раньше я читал книги с электронной библиотеки, а сейчас их покупаю. Как-то так. Я еще не привык, так что…»
«Постепенные шаги», понимающе улыбнулась Виктория.
«Точно», на автоматизме отозвался Александр.
«Я рада, что ты чувствуешь себя так хорошо».
«Но мне все равно страшно», признался он.
«Но ты стараешься».
«Потому что не могу остановиться».
«Потому что не хочешь».
Александр лишь улыбнулся тенью улыбки. Взглянул на нее из-под челки, с интересом рассмотрев самое искреннее и заботливое чудо.
«В общем, я очень рада, что наш разговор тебе помог».
«Ты такая сонная», умиленно усмехнулся Александр с ее утомленно-прикрытых глаз и чуть замедленной речи. «Совсем не спала, потому что думала обо мне».
Виктория не смогла ничего произнести в ответ, потому что это было правдой, которую было бы неправильно отрицать. Лишь против воли улыбалась, избегая его взгляда.