Случайно встреченным незнакомцем оказался мужчина сорока лет с темно-серыми волосами, со спадающими с обеих сторон прядями на лоб, одетый в длинный пиджак с квадратными плечами. Его рубашка была расстегнута на груди, и сопровождал его знакомый запах дорогого одеколона.
— Это же сам Александр, какая встреча, — ухмыльнулся мужчина.
«Харон», не скрывая удивления, произнес он. «Что ты здесь делаешь?»
— А это уже мое личное дело, — он крепче сжал в руке то, что держал.
Бумага издала шелест, чем привлекла внимание Александра. Он наклонил голову и увидел букет черных пионов.
«Ты что, за моей тетей ухаживаешь?» Совладав с собой, произнес он. «Она в курсе, что ты женат?»
— Парень, тебя моя личная жизнь не касается. Ты можешь командовать мной в рабочее время, но сейчас мой выходной, и я имею право распоряжаться свободным временем, как мне угодно.
Александр от услышанного пришел в ярость:
«Это моя тетя. И я не позволю тебе к ней приблизиться. Я много наслышан о тебе. И том, что ты проводил опыты над людьми».
— Во-первых, это уже в прошлом, — равнодушным тоном отвечал Харон, несмотря на то, что собеседник повысил голос. — Мои преступления только на моей совести. Сейчас я занимаюсь тем, что спасает людей, а не калечит. Во-вторых, я развожусь со своей женой.
«Сначала разведись», прошипел Александр, весь побелев. Его глаза заискрились от голубых молний.
Харон лишь развел рукой:
— Твоя тетя без ума от меня. Тебе придется просто смириться с нашими отношениями. И ей все известно обо мне. Маргарита потрясающая женщина и знает, чего достойна.
«Ты слишком стар для нее. Не смей играть с ней».
Харон продолжал снисходительно реагировать на закипевшего молодого человека:
— Я понимаю твое желание оберегать ее, но есть вещи, над которыми люди не властны. Чувства одно из них. Увидимся.
«Надеюсь, что нет», бросил Александр, уходя и не оглядываясь.
Харон помахал рукой ему вслед, криво усмехнувшись.
☽☆☾
Уже приехав домой и занявшись работой, Александр не мог сосредоточиться, продолжая думать об интрижке Риты с Хароном. От представлений, что его тетя спит с безумным доктором, его мутило. Также беспокойство вызывало поведение Виктории, которая в последние дни волновалась как будто сильнее, чем обычно, особенно после того вечера, когда читала ему на ночь вслух.
Тот телефонный звонок стал неожиданностью, и тогда Александр всецело осознал ее целеустремленность выполнять его просьбы, чтобы поддержать. Он все еще ощущал то приятное чувство, когда лежал в постели, а тишину нарушал ее тихий голос, она читала ему одну из своих историй. И пусть Виктория все еще не поделилась ссылкой на свой блог, однако все же исполнила его желание. Мягким тонким голосом убаюкивала его, вселяя чувство наивысшей легкости и расслабления.
Возможно, неправильно было просить ее использовать свой голос, чтобы угодить мне, но нужно ведь как-то помогать ей работать над тем, чтобы меньше бояться говорить. Кажется, я начинаю понимать причину того, почему окружающие ее так невзлюбили. Они боятся, что она всех превзойдет. Никто не выдержит конкуренции с ней ни в чем, когда она вырастит в себе уверенную личность.
А чего я от нее вообще жду? Чудо, что она все еще общается со мной. Теперь после всего можно и думать забыть о том, что она согласится быть со мной, зная, что я совершил.
Мысль о том, как в этом он отчасти схож с Хароном, его вконец добила, и Александр оставил все попытки работать, взявшись за перо.
Рисуя силуэт склонившейся девушки со спины, Александр до мельчайших деталей вспомнил складки обрамляющей ее бедра черной юбки, как строгая прямая ткань поднималась, открывая вид на внутреннюю сторону ног в матовых плотных колготках голубого цвета. Невольно фантазия повела его дальше этого образа, показав картину того, как бы он приблизился к ней, чтобы помочь. Он представил, как обнял бы ее со спины, обхватив тонкую талию в белой блузке. Но даже этого показалось его воображению мало, и оно пошло дальше, столь реально воссоздав ощущение прикосновения к бархатистой эластичной ткани колготок, как, растягиваясь, она бы рвалась под его пальцами.