Ей казалось, что детям было одиноко без родителей, поэтому Виктория старалась с ними забывать обо всех тревогах и приносить в их жизнь хотя бы немного волшебства, каждый раз что-нибудь выдумывая. Читала им на ночь сказки собственного сочинения, играла на клавишах, показывая, как легко учиться музыке, или включала мультфильмы из своего детства, которые оставили в ней глубокое впечатление. Но не всегда было все хорошо и радостно, она ведь была им не мама или опытная няня, а такой же растущий ребенок, со своими проблемами и перепадами настроения. Ей было жаль, что она не всегда могла быть с ними в хорошем расположении духа, и чувствовала сильную вину за это. Ведь дети заслуживают только хорошего обращения к себе. Но иногда те слова, которые она часто слышала в свой адрес от старших, срывались при детях сами по себе.
☽☆☾
В понедельник в первой половине дня Александр вместе со своими друзьями шел от офиса Эспайр, направляясь к парку. Они подождали его несколько минут в приемной и остались под впечатлением от того места, где он работает.
— Алекс, почему ты не хочешь устроить нас к себе? — Спросила Эмма, идя под руку с обоими молодыми людьми. Макс потерял дар речи, услышав условия заключения договора с новыми сотрудниками.
«С каких пор гуманитариев берут в инженеры?» Усмехнулся Александр, посмотрев, как подруга потянула его за руку вниз. «Будете инструкции составлять?»
— Ага, чтобы переводить с языка заучек, — обиженно ответила Эмма.
— То есть, серьезно: любой сотрудник имеет право сам назначить себе размер оплаты труда? — Спросил Макс.
«В обмен на полное неразглашение того, что происходит в Эспайр», кивнул Александр.
— Всего-то.
«Не всего-то. У сотрудников нет возможности защитить или оспорить свои права. И расторгнуть контракт по своему желанию тоже нельзя».
Эмма пожала плечами:
— Там много приглашенных психологов и юристов, поэтому все рабочие моменты быстро решаются. Да и кто захочет жаловаться на переработку, если даже самый простой секретарь имеет право получать несколько сотен тысяч долларов каждый месяц.
«Не совсем так. В подобных случаях прописан пункт о том, что компания имеет право перекидывать часть удержанной зарплаты на следующий месяц и так далее».
— И все равно все в плюсе, — стоял на своем Макс.
— Угу, — кивнула Эмма. — Так вот почему говорят, что бывших работников в Эспайр не бывает…
Александр лишь пожал плечами.
— А стажерам платят? — Спросил Макс.
«Не платят».
— И ты за просто так работаешь там все это время?
«За идею».
— Макс, ты все еще не понял, почему на самом деле он хочет оттуда уйти?
Они прошли через украшенную цветами и разноцветными ленточками арку, оказавшись в парке, где было достаточно людно в солнечную погоду. На выходных состоялся большой праздник, и в воздухе все еще витала атмосфера чего-то грандиозного. В темное время суток над городом в небе расцветали фейерверки, а с рассветом в три часа ночи город светился неоновыми огнями. Город словно не хотел засыпать и прекращать празднование весны.
— Почему ты не пришел вчера вместе с нами к Рите на ужин? — Спросила Эмма, когда они сели на выступ вокруг фонтана в центре парка.
Александр нахмурился, не торопясь с ответом.
«Я не хочу с ней разговаривать».
— С чего вдруг?
«У нее служебный роман. И я узнал об этом не от нее, а совершенно случайно».
— Ну, это ее дело, с кем встречаться, — заметил Макс.
«Я не могу одобрить ее выбор», покачал головой Александр.
— Она кажется вполне счастливой и довольной своей жизнью, так что в этом плохого?
«Я не хочу, чтобы моим родственником стал какой-то жуткий тип».
— Может, она поэтому и не спешила тебе сообщать, — предположил друг.