«Виктория? Я не слышу подтверждения».
«Я все поняла…»
«Если возникнет еще раз подобная ситуация, сразу предупреждай меня, ладно?»
Виктория кивнула, низко опустив голову. У нее не хватило смелости возразить или указать на то, что на самом деле это ведь не так. Ему должно быть виднее, как лучше помочь ей. Пришлось согласиться на то, что для всех окружающих они пара. Даже если в действительности это не так.
«Как думаешь, зачем они обсуждают нас? Потому что волнуются за меня?»
«Почему-то люди так жестоки к тому, что отличается от того, к чему они привыкли. Люди всегда будут стараться испортить чужое счастье. Звучит избито, но это и в самом деле так».
Виктория задумалась, нахмурившись после услышанного.
«Правду знаем только мы», продолжил Александр. «Поэтому нам так тяжело мириться с давлением общества. Но одновременно с этим мы свободнее, потому что никому не известно о том, что мы создаем».
«Что создаем?» Виктория подняла заинтересованно блестящие глаза.
«Наш маленький общий мир».
«Мне кажется, это каким-то чудом», понимающе улыбнулась она. «Совершенно случайным и потому на грани нереального».
«Конечно, не все в наших отношениях лишь игра на публику или в какие-то роли, как на сцене. Во многом мы слишком открыты друг перед другом. И тем больше хочется защитить нас… нас от всего мира и его правил».
Слушая его тихий голос, Виктория почувствовала такое спокойствие, что ее даже стало клонить в сон. Однако он казался все еще чем-то встревоженным. Она попыталась убедиться в своем предположении:
«А… Алекс? Когда ты сказал, что я твоя проблема, что ты хотел этим сказать?»
«Я немного неправильно выразился», вздохнул Александр, неловко отведя взгляд, все еще чувствуя себя уязвленным из-за чувства вины перед ней. «У меня не будет проблем на работе из-за того, что я сплю со школьницей. Всем и так плевать на меня, так еще я работаю, то есть стажируюсь, у своего отца. Никаких проблем в этом плане. Но», Александр наклонил голову набок, «меня немного смущает, что слухи могут дойти до твоих родных, и обо мне сложится не самое хорошее первое впечатление».
«Я… Ты так думаешь?» От одних только представлений, что он будет знаком с ее семьей и мамой, ей стало трудно дышать. Сердце забилось чаще, а к лицу прилила кровь.
«Не стоит переживать об этом раньше времени. Сейчас нужно поесть и отдохнуть».
«Спасибо, что поговорил со мной здесь».
«Сейчас ты чувствуешь себя лучше?» Спросил Александр, поднимаясь и подавая ей руку.
«Намного», Виктория начала вставать и пошатнулась. Затекшие ноги внезапно заболели, и колени невольно подогнулись. Он поддержал ее в этот момент, и она подняла взгляд, улыбнувшись: «Благодаря тебе».
«Знаешь, есть какая-то особая магия в разговорах с выключенным светом на полу ванной комнаты».
☽☆☾
Тем же вечером Александр возвращался домой, проводив Викторию. Каждый день становился постепенно теплее предыдущего. Белоснежные хлопья лепестков покрыли город, напоминая заснеженные улицы, но уже по вечерам в воздухе больше не чувствовалось незримое присутствие холода.
Он вспомнил, как не без удивления смотрел через иллюминатор на метровые сугробы и заледеневшие деревья: ели и сосны были покрыты словно пломбиром и присыпаны сверху сахарной пудрой. Когда он вышел из самолета, то запрокинул голову, выдохнув облачко пара и вглядываясь в серое небо и то, как на землю сыпались крупные, тающие в воздухе вместе с дождем, белые снежинки.
Вернувшись мыслями в настоящее, Александр опустил голову от красочного голубого неба с розовыми полосками на горизонте. Он не был готов к тому, что, пусть даже холодной весной, его будет ждать столько снега. Это казалось таким странным, что каждый день, выходя из дома или смотря из окон, он видел только постоянство свинцового тяжелого неба, будто вечно царствующего здесь. Но к первым числам апреля вся серость быстро исчезла, растекаясь по небу бесконечной полосой ватных облаков.