Потянувшись к нему, она приобняла его и нежно поцеловала в губы.
Неловкость за внезапный упадок сил бесследно исчезла. Александр понадеялся, что Виктория отговорит его, но она наоборот только придала сил и уверенности. Единственная причина, по которой я так стараюсь, — это ее глаза, смотрящие на меня с любовью, гордостью и верой в то, что я спасу этот мир. Здесь уже хочешь не хочешь, а будешь стараться, чтобы заставить ее сиять еще ярче.
«Алекс, я так рада за нас. Даже не волнуюсь нисколько почему-то», она неловко улыбнулась.
«Ничего удивительного. Ты победила в себе неуверенность».
«Все это благодаря тебе», она с лаской прижалась, обняв его руку. «Если бы не ты, со мной бы никогда ничего хорошего не произошло».
«Я всего лишь немного поддержал тебя, остальное исключительно твоя заслуга. Ты стойко выдержала все трудности и заслужила награду».
К вчерашнему инциденту они не возвращались, делая вид, что ничего не было, или все было сном, или уже забылось. Но Виктория иногда ловила себя на мысли о том, как ей неловко за свое провокационное поведение. Александр не заслуживает такого обращения, тем более он полностью доверяет ей и не ожидает, что она причинит ему боль. Ей хотелось как-то искупить свою вину, но для этого пришлось бы вновь поднимать эту тему.
«Ты чем-то встревожена?» Догадался Александр, когда она пропустила свою очередь читать вслух.
Виктория не сразу, едва заметно кивнула, подставив под подбородок руку.
«Мне здесь немного странно находиться после всего…»
«Прости, но больше некуда идти».
«У нас больше нет нашего номера?» взволнованно спросила она и забеспокоилась: «Но у меня остался ключ».
«Оставь на память. Я сказал, что он потерялся, чтобы не отвлекать тебя лишний раз».
Виктория понимающе кивнула и посмотрела на черно-белый рисунок на всю страницу. В конце истории плод воображения художника остался со своим творцом навсегда.
«И почему же странно?» Вновь заговорил он.
«Мне стыдно за себя, что я причинила тебе столько неудобств».
«Кстати, об этом. Я удалил все, кроме первого рисунка. Ты должна была его видеть», неловко проговорил он.
«Где я сижу за столом в Макдональдсе?»
Александр с усилием кивнул.
«Отчасти мне было приятно видеть тебя такой».
«Как будто я ожила с твоих рисунков?» Смущенно улыбнулась она.
Он не ответил, а его лицо стало розоветь.
«Как мило…» Прокомментировала она его реакцию. Когда он посмотрел на нее, его небесные глаза сверкнули уверенным блеском.
«Нет, это ты невероятно милая. Мое солнечное чудо, исполняющее все мои заветные мечты».
Обняв засиявшую от услышанного девушку, наклонил ее в долгом и нежном поцелуе, каждым касанием передавая всю любовь, что чувствует к ней. В груди разливалось приятное тепло, в мыслях распускались прекрасные цветы надежд и веры в лучшее. И казалось, что лучше этого места нигде во всем мире нет.
Пока Александр был занят на кухне, Виктория скучающе облокотилась на стол, затем стала неторопливо убирать в школьную сумку все книги и тетради. Они дочитали последний том короткой манги, и он подарил ей на память полюбившийся последний, чтобы она могла пополнить ряд любимых книг в своем шкафу. По квартире распространился крепкий аромат кофе, и, почувствовав его, без разрешения вторглась в спальню, чтобы взять что-нибудь из сладкого. Выбирая между печеньем и шоколадом со вкусом клубничного молока, взяла со стола обе упаковки и вернулась в гостиную.
Александр увидел, как она выходила из спальни, рассматривая рисунки.
«Что ты хочешь из этого?» Виктория показала ему японские вкусности.
«Из сладкого предпочитаю в основном тебя».
«Но я серьезно», пробормотала она, обиженно надув щеки.
Он рассмеялся легким смехом, а затем резко прекратил и уставился на чашки в своих руках, беспокоясь, как бы ничего не разлилось.
«Завтра пятница. Последний учебный день. Не придумала, чем займешься на выходных?»
Виктория размешала свой кофе со сливками и сахаром, а Александр, как всегда, пил простой черный кофе.
«Я ведь наказана», она подавленно взглянула на него, спрятав руки между ног. «Так что начну готовить речь».