Менее чем через пять секунд раздался громоподобный выстрел из снайперской винтовки.
— Хороший выстрел, — устало прокомментировал тот же десантник, когда наступила тишина, и уронил руку. Затем взял отложенную в сторону штурмовую винтовку.
Подполковник услышал его голос и подошел к нему.
— Фрост? Как ты?
— Жить буду, — мрачно отозвался десантник и усмехнулся. — Что ты здесь делаешь?
— Да так, заскочил с проверкой. Самолеты здесь летают на какой-то магии, честное слово.
— Говорят, скоро подпишут соглашение и нас всех отправят домой. Так что не видят смысла тратить деньги на новое вооружение.
— Ладно, давай я осмотрю твою ногу. Сколько еще раненых?
Пока подполковник занимался ранеными, оказывая им медицинскую помощь, командир залез на крыло, чтобы осмотреть ротор, от которого шел сизый дым, и пытался оценить степень повреждения, подсвечивая фонариком. Десантники заносили тела убитых внутрь самолета и помогали дойти тем, кто не мог передвигаться самостоятельно.
Александр смотрел на все это и не мог прийти в себя. Его лихорадочно трясло, мысли путались. Роуч что-то крикнул ему, он смог выйти из оцепенения и приблизился, чтобы расслышать. Внезапно раздались выстрелы, командир свалился с крыла и упал на землю прямо перед ним. Из самолета тут же показались вооруженные десантники, а со спины раздался непрекращаемый треск пуль по корпусу самолета с другой стороны.
Александр перевернул лежащего на животе командира и увидел, что он был ранен в нескольких местах в голову и шею. Кровь смешивалась с дождевой водой, стекая по его лицу в разорвавших плоть пулевых отверстиях.
Он видел мертвых людей десятками, как их тела или останки тел упаковывали и отправляли на грузовых самолетах. Некоторых он даже знал в лицо и по имени. Но ни один из тех, с кем он последние три месяца каждый день виделся и разговаривал, не умирал на его глазах.
Кто-то схватил его со спины за шиворот и потащил внутрь самолета, но Александр схватился за форму командира, не позволяя себя оттащить ни на метр. Пока он упирался, глотая слезы и протестующие рыча, Стейси не прекращал попыток спасти его. Ворот впился в горло, перекрыв доступ к дыханию.
— Он уже мертв, ему ничем не помочь. Возьми себя в руки, парень. Ты ведь механик? Почини самолет, чтобы мы могли убраться отсюда!
Александр посмотрел вверх, на крыло, с которого упал командир. Ночная тьма нарушалась вспышками от перекрестного огня и лазерных целеуказателей. Эта серая металлическая полоса напоминала путь в саму преисподнюю. Его душила истерика и страх за свою жизнь.
— Джеймс, посмотри на него! Ему самому нужна помощь!
Александр боялся пошевелиться, вцепившись до онемения в пальцах в форму мертвого командира, таща его тело за собой.
«Отпустите», взвыл он сорванным голосом.
— Фрост, да помоги ему прийти в себя! У парня шок! Он никогда смерти до этого не видел! Как его такого юного вообще в армию взяли… У него даже голос еще не сломался.
— Как?! Ты, может, не заметил, но я истекаю кровью и свои-то эмоции с трудом контролирую.
Подполковник Стейси опустился на колено перед задыхающимся в истерике мальчишкой.
— Парень, смотри на меня. Тебя ведь Алекс зовут, верно?
«Да, сэр», выдохнул он.
— Алекс, слушай. Моему другу нужна срочная медицинская помощь. Он истекает кровью, а его дома ждет маленькая дочка. Ты ведь не хочешь, чтобы малышка лишилась отца?
Александр скованно покачал головой. Каждая мышца натянулась до предела. Малейшее движение одеревенелого тела давалось с трудом.
«Я не могу. Я не смогу починить. Командир…»
— Мы все здесь погибнем, если быстро не уберемся отсюда. И только ты можешь нас всех вытащить.
«Нет…» Александр не мог отвести взгляда от лица мертвого командира, представляя себя таким же лежащим на чужой земле, погребенным и забытым. Вот и все, пронеслась мысль в его голове. Вот и вся моя недолгая бесславная жизнь.
Его отрезвил резкий удар по лицу. Стейси влепил ему затрещину с такой силой, что голова дернулась в сторону. Александр пришел в себя и перевел более собранный взгляд на подполковника, чувствуя, как из разбитой губы по подбородку заструилась теплая кровь.