«Это прилив? Почему ты не сказала, что вода ушла?»
Виктория рассмеялась. Александр бросил на нее резкий взгляд, и она перестала заполнять тишину своим беззаботным смехом.
Раздраженно выдохнув, Александр прикусил губу, сдерживая себя от вспышки агрессии. Немного успокоив первую волну неконтролируемой злости, заговорил уже без обвинений, но все равно звуча с пассивной агрессией:
«Я ведь сказал, что очень занят», с суровостью в серьезном тоне напомнил он, подавая ей руку. Виктория не заставила себя ждать и поднялась.
«Я не знала, что будет прилив… Я думала, у нас хватит времени…» Пробормотала она, хмурясь из-за его негативной реакции.
«Я оставил машину непонятно где и рядом с какими-то заброшенными домами, где ошиваются всякие… Ты представляешь, что с ней могли сделать, пока мы бы застряли здесь до отлива?»
«Алекс, прости», все что смогла произнести Виктория, виновато глядя на него.
Крепко держа ее руку в своей, Александр увел ее по влажному песку, начиная утопать в размокшей каше из ржавой воды и песка. Пахло ржавчиной, мокрой древесиной и солью. Его начало тошнить от переполнившей его желчи.
«Забудь. Главное, что все хорошо».
Всю обратную дорогу в машине Виктория просидела молча, отвернувшись к окну и нервно накручивая тонкий поясок платья.
Через считанные минуты они остановились перед ее домом. Александр наконец смог потушить в себе вспыхнувший пожар раздражения и спокойно попросить прощения:
«Солнышко, прости меня, что я говорил с тобой очень резко».
Виктория слегка повернула голову в его сторону, взглянув потухшим взглядом темно-зеленых глаз. Они уже не мерцали так живо, как каких-то полчаса назад, когда она плакала от счастья.
«Не извиняйся. Я заслужила. Я думала, что будет забавно. У нас бы хватило времени перебраться на другой берег. В детстве мы часто так возвращались домой. И там не так глубоко. А ты так испугался… Я знаю, ты не из-за машины переживал на самом деле».
«Ну да, я никогда не видел ничего подобного», проговорил Александр, пожираемый гнетущим чувством ненависти к себе. Она ведь была права. А он не доверился ей и представил все возможные и невозможные негативные последствия. Она ведь не враг ему и не стала бы причинять вред нарочно. Он не мог понять, почему засомневался в ней. Потому что перестал узнавать?
А мог бы разделить с ней эти бесценные эмоции, которые она подарила мне от всей своей чудесной невинной души. И обожглась об мой холод. Случилось то, чего я боялся едва ли не больше, чем потерять ее: что раню своим плохим настроением, которое не поддается контролю и голосу разума.
«Так что это ты прости меня», с глубоким вздохом заключила Виктория.
«Мне и правда нужно еще очень много работать. А такие сюрпризы… ну, знаешь… Мне сейчас не до этого», Александр не мог оставить в покое руль, нерешительно проводя по нему линии, находя какие-то невнятные оправдания.
«Получается, вчерашнее тоже забрало у тебя много времени?» Виктория с испугом взглянула в его глаза. Ее губы нерешительно дрожали в подобии нервной улыбки.
Александр посмотрел в ее глаза, как молнией пораженный.
«Нет», глухо произнес он и продолжил громче и увереннее: «Нет, я неплохо провел последний свободный день. А дальше планировал работать без выходных, но выбираться к тебе каждый день хотя бы на пару часов».
«Наверное, ты теперь перестанешь ко мне приезжать», с горькой улыбкой предположила Виктория.
«Не перестану. Это просто было… Давай забудем об этом», Александр хмуро опустил взгляд на приборную панель и увидел, что время уже было без четверти девять. «Мне пора».
Кивнув, Виктория покинула машину и направилась к дому. Александр проводил ее спину взглядом, заметив, как она расслабленно опустила руки вдоль тела. И вдруг понял, что она давно уже перестала в неуверенности прижимать к себе конечности, больше не прячась от мира.
Она словно расцвела, тянулась ввысь уверенными стеблями к солнцу. А он все так же прозябал в собственной тени, не двигаясь с мертвой точки, оставаясь на самом дне.
☽☆☾
Следующий день мало чем отличался от предыдущего. За исключением того, что больше не приходилось уходить как младенец на восстанавливающий сон каждые два часа. Поспав почти шесть часов, к девяти утра Александр отвез Викторию до школы на ее первый экзамен. Она выглядела бледной и сильно нервничала. Пришлось купить ей успокоительное на травах.