«Три часа. Как раз приедем к вечеру».
«Я не могу поверить, ты серьезно собрался в деревню к моей бабушке…».
Александр мысленно признался сам себе: Я тоже.
«Давай поедим. Мне кажется, ты сейчас заснешь от усталости и голода».
«Я плохо спала ночью», кивнула Виктория, принимая его предложение.
Заехав в кофейню, взяли с собой кофе и круассан с клубникой и сливками, а после сразу выехали. Виктория лакомилась десертом, а Александр довольствовался кофе, отказавшись поесть хоть что-нибудь, сославшись на то, что пообедал дома. Благодаря Раджину он теперь не голодал.
Покидая пасмурный и холодный серый город, Виктория чувствовала себя взрослой и независимой, словно начинала новую жизнь. С любимым. Она посмотрела на него, на занятого вождением, но умудряющегося отвлекаться от дороги, где было много машин, и заразительно ей улыбаться, как умел только он для нее. Держа обе руки на руле поднятыми кистями вверх, слегка покачивал головой в такт под музыку и подпевая Джеймсу Янгу. Красивые признания в чувствах ему давались проще путем исполнения песен. Виктория поняла, что музыка, как и поэзия, помогала ему выражать запрятанные глубоко внутри эмоции, которые ему не с кем было разделить, и это причиняло ему боль.
Пока Александр виртуозно проводил время за вождением, Виктория сделала несколько совместных фотографий на его телефон, в котором был включен авиарежим, потому что он не хотел, чтобы кто-то его беспокоил.
Из-за мрачных тяжелых облаков то пробивалось солнце, то накрапывал грибной дождь. Отражающие высокое серо-голубое небо лужицы искрились на темном дорожном полотне с четкой белой разметкой. По дороге они застали двойную радугу, ради этого остановившись рядом с полем и сфотографировались под ней на память. Немного промочив одежду, прошлись по траве под теплым дождем и там же под ним самозабвенно целовались.
Дорога казалась длинной, и проводимого времени друг с другом тоже много. Или это из-за разлуки создалось иллюзорное ощущение, что побыть рядом друг с другом несравнимо дорого стоит.
«Ну и почему ты плохо спала? Волновалась из-за экзамена?»
Александр включил дворники, и под мерное скольжение и приглушенный тик машина проносилась мимо сельских пейзажей. Музыка уже приелась, и хотелось насладиться звучанием любимого голоса.
«Не могла уснуть и смотрела фильм».
Виктория забралась ногами на сидение и что-то увлеченно писала карандашом.
«Тебе удобно писать?» Побеспокоился Александр.
«Веди ровнее», отшутилась она, улыбаясь блокноту.
«Что ты пишешь?»
«Я придумала одну историю. Допишу черновик и покажу тебе».
«Эта история обо мне?»
Виктория с довольным видом кивнула, прикусив кончик розового карандаша с надписью «Princess».
«Я вчера дочитала „Лолиту“ Набокова».
«Боже мой, зачем ты такое читала?» Ужаснулся Александр.
«А ночью посмотрела фильм с субтитрами. Экранизацию девяносто седьмого года».
«Господи, зачем ты это посмотрела?» Александр во второй раз выразил крайнюю степень хмурого непонимания и шока.
«Мне понравилось. И фильм и книга. И я вдохновилась и решила тоже попробовать написать что-нибудь. Небольшую сказку».
Александр бросил на нее сосредоточенный взгляд, и вдруг вспомнил:
«Я встретил на Экспо ученого, он напомнил мне рассказчика из „Лолиты“. У него жена выглядит намного моложе, чем он».
«Может, это просто внешность», предположила Виктория.
«А сам он похож на Джеффри Дамера. Только постарше на пятнадцать лет».
«На кого?» Переспросила она.
«Серийного убийцу. Я покажу потом».
«А, может, не надо?»
☽☆☾
Деревня бабушки Виктории с красивым названием, напоминающим ольшаник, находилась в тридцати километрах от ближайшего небольшого городка. В ней была школа, два магазина в разных концах, пекарня, райсовет, клуб, кафе, почта и парикмахерская, почти все это находилось в центре, вокруг поля беспрепятственно разросшейся травы, утоптанной копытным скотом.
Серый саманный домик бабушки Виктории находился в самом конце одной из длинных прямых улиц, пересекающих деревню поперек. По обеим сторонам ухабистой каменной дороги росли высокие яблони с уже облетевшими цветами и другие садовые деревья. В воздухе пахло озоном после недавнего дождя.