Виктория даже не обратила внимания на это. Он ее спас и выжил сам. Сначала она разозлилась на него за то, что он прыгнул вслед за ней, но оставила это, решив прежде разобраться с тем, что происходит. Если это и был его план с самого начала, то ей стоит только поблагодарить его за спасение.
Убедившись, что девушка цела и невредима, аккуратно снизился. Ветер приятно трепетал в черных перьях, а нахождение в воздухе приносило какое-то доныне неизвестное блаженное чувство свободы. Он никогда не мечтал летать, но это определенно теперь его любимое состояние. Ждавшие освобождения крылья с наслаждением разрезали воздух, а забитые мышцы наконец размялись, испытывая такую сладкую боль от долгого бездействия.
Президент пристально следил за тем, как на низкую плоскую крышу, опускаясь когтистыми лапами, сложив крылья, приземлялся Александр Каин, потомок существа, уничтожившего весь свой род.
Держа перед собой на руках девушку, не переставал прижимать ее к своей груди, собираясь любой ценой защищать ее. Кем бы он ни был, важно лишь сохранить ей жизнь. Даже если она испугается его чудовищного облика, с внешностью как у дьявола, и захочет навсегда его забыть, он никогда не оставит ее.
Ощутив прикосновение к своей голове, от неожиданности нахмурился. Проявив любопытство, Виктория аккуратно дотронулась до одного из темных рогов, чтобы понять, какие они. Они казались чуть шершавыми и напоминали твердостью кость.
«Прости, тебе больно?»
Он коротко покачал головой, не привыкнув к новому телу. Оно казалось сильнее, больше, тяжелее и выносливее. Что это за метаморфоза произошла с ним за миг до смерти, он не мог понять. Но чувствовал, что это правильно. В новом воплощении он ощущал себя как дома, будто это его истинная форма, что его в то же время пугало невозможностью вновь стать человеком.
На спине от освободившихся крыльев застыла кровь, испачкав белую рубашку. Во рту ныли клыки, требуя насыщения. Вместо человеческих ступней у него теперь были когтистые лапы, что-то среднее между птичьими и рептилий. Когти на руках так же зудели, будто требуя во что-то вонзиться. А голова… Когда вылезали рога, он ощутил такую невыносимую боль, как будто его череп ломается, но это длилось секунды. Сейчас эти тяжелые и чувствительные кости непривычным весом давили на шею, вынуждая держать голову прямо, они будто сами тянулись ввысь, обращаясь куда-то в глубину неба. Александр перевел взгляд в том же направлении и увидел на ясно-лазурном небосводе почти полный месяц. Они тянулись к луне…
Все это всегда было в его теле и лишь крепко спало, ожидая часа пробуждения. Но что именно послужило триггером? Страх смерти? Желание спасти любимую? Тело само приняло решение, он даже не догадывался, что способен на такое.
Не считая физических изменений, что-то внутри него тоже преобразилось, циркулируя по венам чистой энергией, электризуя каждую клетку тела. Он чувствовал себя живой молнией. Слишком могущественным и опасным.
Ладно, это всего лишь сон, смирился Александр, понимая, что в этом заключается объяснение всем странностям.
Не прекращая наблюдать за ними, Президент вызволил собственные черные крылья и взмыл в воздух.
Верно, это все сон, раздался близкий голос Джонатана у обоих в мыслях. Вы находитесь в Мире снов. Я пригласил вас, чтобы поговорить.
Не сразу поняв, что голос прозвучал в голове, а не где-то рядом, Александр напряг обострившийся слух, озираясь по сторонам. Виктория уловила, как он напрягся и приготовился к атаке, устремив взгляд ввысь. Из его горла раздалось низкое рычание, а острые клыки обнажились. Его глаза расширились, вбирая в голубую радужку яркость окружающих цветов. Чернота в склере сгущалась, предвещая нечто отчаянное и зловещее.
«Алекс…» Осознав его решимость, позвала его по имени, собираясь остановить.
Он перевел на нее демонический взгляд, нисколько не смягчаясь.
«Виктория», Александр произнес ее имя непривычным величественным эхом своего голоса. «Он пытался убить тебя. Я этого просто так ему не оставлю».
Понимая, что он не отступит, пока не отомстит за нее, Виктория почувствовала вину за то, что встала между ними. Она его слабость, и его отец зачем-то захотел воспользоваться ею. Не понимая, что за проклятие настигло любимого человека, надеялась, что нормальный облик к нему еще вернется. А если же нет, у нее будет свой личный падший ангел…