Но фантом (или реальный отец?) разочаровал, уйдя от ответа.
— Этот разговор состоится завтра. Сегодня у нас иная повестка.
«Отвечай мне», нетерпеливо прогремел голос.
— На колени, — с презрением негромко прозвучал приказ Президента. Ноги обоих подкосились, и они послушно опустились к полу, не понимая, почему подчинились и теперь не могли подняться.
Виктория с тревогой смотрела снизу вверх на Президента. Отчего-то она до сих пор испытывала к нему необоснованное уважение и полное доверие. Возможно, из-за высокого статуса или того факта, что это отец ее любимого. Он чуть не убил ее, но сейчас сказал, что знал, что Александр спасет ее, и это было лишь способом высвободить его силу.
Сон, в котором ее убеждали в реальности всего происходящего, был для нее в новинку.
И вот странность: как же логично вели себя другие действующие лица. А Александр был так же растерян, как и она, понимая едва ли больше.
«К чему это?» Хмуро взглянул сын, недовольный тем, что отец теперь смотрел на него свысока.
— Неприятно? — С иронией удивился Джонатан.
Александр потупил взор, понимая, что это расплата за грубое обращение с маркетологом.
«Но она здесь ни при чем».
— Тебе же хотелось, чтобы она стояла голой на коленях. Пусть привыкает.
Мгновенно покраснев, Александр в гневе выкрикнул:
«Отец, прекрати это». Спохватившись, что мог напугать девушку, оглянулся к ней: «Виктория, не слушай его. И где ее одежда?»
— А если я скажу, что она тоже мечтает о подобном, но не говорит тебе об этом? — Сын продолжал сверлить его озлобленным взглядом, не веря ни единому лукавому слову, и Джонатан пояснил: — Как твоя соучастница, она разделит вместе с тобой наказание. Справедливо, не находишь?
«Только посмей ее еще раз поставить на колени, и я из кожи вон вылезу, но заставлю тебя за это поплатиться».
Джонатан прижал ладонь к груди, наигранно испугавшись. Впрочем, решимость сына была настолько высока, что он ему поверил.
— На самом деле, здесь вы оба настоящие. Виктория считает свою истинную внешность ту, к которой привыкла. Смею предположить, она без одежды во сне из-за неуверенности в себе. Вот и все объяснение.
«Сделай ей одежду, если это твой сон», хмуро попросил Александр, жалея, что ему нечем было укрыть девушку, разве только своими крыльями.
— Зачем? И так вполне неплохо. — Видя, что сына уже едва ли не колотит от бешенства, перестал иронизировать. — Я отношусь к ней как к дочери, так что побереги подобные обвинения. Да, я читаю ваши мысли и могу подчинять волю. И не только во сне. Это способность чистокровных марсиан. Меня учили ее развивать, как и Тень.
«Марсиан?» Переспросил Александр, не понимая ни слова. «Типа с другой планеты?»
— Это долгая история. Но я бы хотел, чтобы ты узнал о ней. Точнее, вам в любом случае придется выслушать меня. Предлагаю поговорить в моем кабинете, там будет удобнее и теплее. К слову, если не пойдете по своей воле, заставлю ползти.
«Не смей ее принуждать», пригрозил Александр, едва ли вновь не вспыхивая молнией.
— Я просто шучу, — издав тяжкий вздох, устав от обвинений в сексуальных домогательствах, Джонатан широким шагом направился внутрь здания.
☽☆☾
Так как ничего другого не оставалось, держась за руки, Виктория и Александр вошли в просторное помещение. Даже со сложенными крыльями внутри казалось мало места. Они растерянно оглядывались, не зная, к чему готовиться.
Президент с удобством занял кресло за столом, комфортно ощущая себя в своем кабинете, чего нельзя было сказать о неловко застывших гостях.
— Я напоминаю, что все это лишь сон. Поэтому нас никто не побеспокоит и не помешает. Расслабьтесь.
Они настороженно смотрели на него, держа дистанцию. Александр заслонял девушку собой и не сводил с отца взгляда, приготовившись к очередному предательству. Закинув ногу на ногу, Президент отклонился сложенными крыльями на спинку кресла и отдал распоряжение, обращаясь к девушке:
— Американо с долькой лимона. Моему сыну из-за повышенной тревожности кофеин вообще противопоказан, поэтому перебьется стаканом минералки. Себе сделай латте послаще.