«Ты ведь давно знал обо всем, так?»
Джонатан отклонился на спинку стула, умудряясь занять потертый холодный металл, на котором до этого протирали штаны наркоманы и прочие отбросы общества, как свое президентское кресло. Сложив руки на груди перед собой, он щедро даровал истину сыну, борющемуся в полной тьме неизвестности:
— Райс был козлом отпущения. Мне нужен был человек, на кого можно было свалить всю вину. И он идеально подошел на эту роль. Сомнительная репутация, в прошлом привлекался за мошенничество и прочие нарушения закона. Я дал ему полную свободу действий, и он решил, что может переступить черту. Я знал о контрактах, собирая информацию, чтобы в дальнейшем вычислить и наказать террористов. Эспайр была неким троянским конем. Полиция в курсе, и уже взяла всю полученную информацию в разработку для операции по захвату террористов и всех причастных.
Сердце пропустило удар от шокирующих новостей.
«А какая роль отведена мне в твоей игре?» Сломленно поинтересовался Александр.
— Ты мой единственный сын. Мое наследие. Мое величайшее достижение. Вместе мы накрыли целую преступную сеть и воздали виновным по заслугам.
Александр ощутил, как пол под ним стал плыть и его разум вместе с ним.
Странный дефект Арки, на который не обратить внимание мог только крайне умственно отсталый. Протянутая рука помощи Риты и ее слова о том, как он дорог отцу. Якобы случайно забытая в кабинете карта доступа Президента ко всей системе компании. Наивная вера в то, что отец не замечал, что творил Райс за его спиной.
«Ты все подстроил. И Рита была заодно с тобой».
— Не стану лгать. Ты действовал согласно моим ожиданиям. Но иначе бы ты не согласился работать сообща.
«Как проницательно», едко заметил Александр едва заметно дрожащим от эмоций голосом. «И что теперь?»
— Ты пройдешь лечение у частного психиатра.
Александра бросило в холод, а на губах подобно медленно обнажаемому острому клинку возникла такая же режущая, недобрая насмешка.
«Использовал меня и просто упрячешь за решетку?»
Отец же оставался серьезным, с негодованием выслушав его предположение.
— Алекс, я не допущу, чтобы мой сын был лишен свободы. Ты останешься на воле.
Он повел бровью, с сарказмом ответив:
«Ну да, деньги все решают…»
— Дело вовсе не в деньгах. Ты не совершил ничего достойного наказания. Наоборот, ты помог сделать этот мир чище и лучше. Вместе с Марвари и Ритой вы создали искусственный интеллект, который изменит мир к лучшему. После ребрендинга Эспайр возьмет курс на изучение Марса, а ты возглавишь космическую программу, ведь это твой проект.
Откинувшись на спинку стула, Александр раскатисто рассмеялся ему в лицо, а его голос едва ли не срывался на истерические нотки от столь непоколебимой уверенности отца в своих одержимых планах. Джонатан смотрел на него с явным беспокойством.
В миг оборвав смех, Александр резко подался вперед, опершись ладонями на поверхность стола, чувствуя некое превосходство быть без оков, и обратил ненавистный взор на предка, заговорив до убийственности мрачным голосом:
«Утешай себя этим. Я не хочу иметь ничего общего с твоей компанией. Забирай все лавры себе. Арку, чертов Икарус, все, что я сделал, вложив все силы. Но оставь меня в покое».
— Разве ты не рад узнать, что я не часть всего этого, а всегда был на твоей стороне?
Отец казался настолько наивен, до тошноты, до скрежета зубов. Внутри медленно, но неотвратимо поднималась запрятанная глубоко и давно подавленная агрессия, ища выхода. Хотелось раскрушить здесь все, стереть с лица отца это непричастное выражение, разрушить до основания все, что еще осталось в его полной разочарования жизни.
Александр сжал ладони с такой силой, что раздался хруст в суставах. Когда он заговорил, его голос звенел подобно стеклу, которое вот-вот треснет и превратится в тысячи мелких осколков:
«А ты не подумал, как я отреагирую на это? Ты хоть раз думал о том, что хочу и чувствую я? Катись в ад».
Выслушивая сына, Джонатан пристально смотрел в его небесные глаза, полные гнева, боли и ненависти. Александр будто тонул во мраке, опустившимся на него неподъемным покрывалом вечной ночи, не надеясь однажды вновь увидеть рассвет.