Но близкий хруст ветки заставил сон оборваться, и девушка очнулась посреди леса. В легком сарафане на бретелях она поежилась от окружающей сырости. Подсвеченный зарей туман застилал землю воздушным слоем, мешая обзору. Оглядываясь среди сливающихся в одно пятно тонких стволов берез, она различила черно-белое лицо. Нечто пристально смотрело на нее издалека, передвигаясь между плотно расположенными друг к другу деревьями, не сводя пугающе-застывшего взора, напоминая маску, а может, это была лишь оптическая иллюзия от черных спиралевидных узоров на белой коре.
Вздрогнув, Виктория проснулась в своей спальне и некоторое время чувствовала дезориентацию и головокружение. Голова была тяжелой, словно набита ватой, в горле пересохло. В серой комнате она не могла определить время суток и сразу вспомнить последние события.
Еще теплился огонек от приятного сна, в котором она и Александр были вдвоем, когда один за другим на ее расслабленный разум начали тяжелыми блоками осознания падать недавние воспоминания: арест, потеря надежды, позорное возвращение домой и расставание.
В сердце мучительно заныло, напоминая о той страшной боли, что ранила ее жестокими словами. Предательство человека, которому она верила больше, чем кому-либо. Даже он отказался от нее.
На глазах выступили слезы, и Виктория зарылась в постель, не в силах покинуть ее, как и справиться с эмоциями.
☽☆☾
На следующее утро после расставания Александр не смог больше сидеть в стенах своей квартиры, мучаясь чувством вины, и занялся делами. Прибрался дома, отвез машину в сервис, чтобы ее привели в порядок после поездки по лесу, и записался на прием к психиатру, номер телефона которого оставил отец.
Первичный прием не обязывал сдавать никакие анализы, а был для знакомства и понимания, необходимо ли медикаментозное лечение или можно обойтись обычной психотерапией. Александр и так понимал, что оно потребуется. Он решился на этот шаг не от желания наладить свою жизнь, а от полного безразличия к тому, что будет отныне в ней происходить. Так он оправдывал попытки двигаться дальше.
Частная психиатрическая клиника оказалась зданием из белого камня и стекла, очень светлым элитным заведением, в котором царила полная тишина и пустота. Врач-психиатр выслушал жалобы на повышенную тревожность и выписал направление на сдачу крови, чтобы назначить препараты.
Александр знал, что ему назначат транквилизаторы, подавляющие повышенную мозговую активность, как и большинство чувств. Он превратится в безэмоционального и бесчувственного зомби и будет спать 24/7, что в текущем состоянии его полностью устраивало.
Вернувшись из клиники после полудня, Александр позвонил по видео друзьям, отвлекшись на их болтовню. Чтобы просто заполнить тишину в разговоре, поделился планами отца на колонизацию Марса и тем, что его проект станет основным для исследования красной планеты, и выслушал поздравления с фальшивой улыбкой. Риту он бросил в черный список, не прочитав сообщения от нее, не желая слушать оправдания.
Под вечер, когда на город опустилась тьма, принял душ и растянулся на диване в гостиной. Пролистнув список контактов, позвонил Честеру, чтобы узнать, как у него дела. Приятель с университета был занят, но перезвонил через час, и они поговорили, обсудив будущий Марсианский проект. Насчет своего личного участия Александр не стал спешить и обещать слишком многое, ограничившись предположением, что останется на должности вице-президента. Честер отреагировал явно с возмущением, но остался довольным новостью, что Марсианскому проекту быть, и место ему там гарантировано.
Наступила полночь. Александр оделся, взял ключи и отправился ездить по пустым дорогам. Прав его тоже не лишили, ведь так и не смогли определить, кто был за рулем, нарушая правила дорожного движения и превышая допустимую скорость.
Хотя так хотелось, чтобы хоть чем-то за его выходку воздали по заслугам, заставили пожалеть и ощутить ответственность. Но была лишь пустота. И слишком огромная сила в руках простого человека, не желающего обладать правом распоряжаться ею.