Хотя Рита сказала, что она болезненно переносит расставание. Но это ведь еще не значит, что она жаждет воссоединения.
Несколько часов он просидел на ступенях крыльца, изводя себя мыслями, и одна была хуже другой. Севший телефон он затолкал в карман, но не собирался уходить, пока не увидит ее. Вряд ли она станет гулять допоздна. Достаточно хотя бы просто посмотреть на нее и убедиться, что она в порядке. Без этого он не сможет обрести покой.
Не верящая в психотерапию и отрицающая пользу антидепрессантов Рита лишила его сна на предстоящую ночь. На сегодня он не сможет достать себе средство, которое поможет справиться с разрушительными мыслями. Его единственным спасением вновь оказалась девушка, вместившая в себе все, что держит его в этом мире. Весь смысл его существования.
«А-Алекс?» Раздался тонкий голосок над ним.
Александр поднял голову и увидел остановившуюся напротив Викторию. Она удивленно уставилась на него, разглядывая его помятый внешний вид. Немного приведя себя в порядок, приняв душ и переодевшись, он стал выглядеть чуточку лучше, но все равно напоминал живого мертвеца. Слишком бледного и уставшего от бесконечной войны с собственным разумом.
Его тусклые голубые глаза прояснились, а на бледных губах возникла слабая улыбка.
Она была все так же мила и прекрасна. А пастельно-голубая блузка и джинсовые шорты напоминали о далеком весеннем дне, когда эта робкая прелесть стеснялась касаться его и идти под руку по улице. Сейчас на него смотрела повзрослевшая копия того неловкого подростка, которому он безвозмездно отдал свое сердце.
«Что ты здесь делаешь?» Вновь заговорила она, так как он лишь смотрел на нее, не отводя взгляда. Ей стало неуютно от его пристального внимания. Как он разглядывал ее всю с головы до ног и молчал, не поясняя причины внезапного появления в ее жизни.
«Тебя жду», ответил Александр, все так же откровенно разглядывая ее, как будто она все еще была его девушкой, а он ее молодым человеком, и он мог в любой момент взять ее за руку и крепко прижать к себе. «Где ты была?»
Виктория потупила взор, перестав жадно смотреть в его лицо. Она не видела его всего неделю, а прошла как будто целая вечность. Как она скучала по его лику, как ей хотелось любоваться им и прикасаться. Хотя сейчас он выглядел крайне болезненно, отчего у нее жалобно заныло в груди. Остановив все сочувствующие помыслы, едва совладала с желанием побеспокоиться о его здоровье. Судорожно переведя дыхание, она заправила волосы за ухо и ответила вопросом:
«Ты что-то хотел?»
Александр выпрямился, поднявшись и возвышаясь над ней, и она неловко отступила на шаг назад, не выдерживая находиться в столь опасной близости, напоминая себе о том, что он ее бросил и неправильно в первые же минуты без повода опрометчиво бросаться к нему с объятиями.
«Не хочешь говорить?»
Он него не укрылось ее осторожное поведение. Как она избегала смотреть на него и держала дистанцию, желая скорее его покинуть. Разом рухнула вся уверенность в том, что он имеет право здесь находиться. Он пожалел, что посмел вновь появиться в ее жизни. Об этом она открыто ему не скажет, чтобы не задеть чувства, но по ее поведению он сделал определенные выводы, например, что ему здесь вовсе не рады.
«Алекс, тебе нельзя здесь быть», подтверждая его мысли, виновато, но строго заговорила Виктория, при этом мимика выдавала ее: она сильно хмурила лоб, произнося нечто неприятное, идя против своих же мыслей и желаний. «Мама запретила общаться с тобой».
«Я знаю, что не должен быть здесь. И все понимаю». Он поймал ее случайно брошенный взгляд, и слова сорвались с губ сами собой: «Я скучал».
Поежившись от пробежавших по коже мурашек, Виктория обхватила себя руками, вновь выбирая молчание.
То, что она не уходила от него, а продолжала разговаривать, натолкнуло на тщеславную мысль, что она, возможно, вовсе не возражает его возвращению. Но ее холодность отрезвляла и заставляла хоть немного думать над своими словами.
«И знаю, что ты тоже», осмелев, предположил он, все пытаясь посмотреть в ее глаза, но она их в смущении отводила и прятала взгляд за густыми ресницами.