Спустя длительное молчание, Александр монотонно проговорил:
«Зачем ты мне снова угрожаешь?»
— О чем ты? — Непонимающе нахмурился Джонатан.
Александр издал усмешку, разворачиваясь лицом к предку. Руки тянулись к чему-нибудь, чтобы перебороть нервную дрожь, и он обхватил уголок лакированного стола, обводя пальцами плавный загиб.
«Незадолго до того, как Марии не стало, ты сказал, что если я не перестану вести себя как неблагодарный ублюдок, я сведу в могилу единственного человека, которому я по-настоящему дорог».
Президент неуверенно заморгал, обращаясь к памяти.
— Александр, я знал, что ты винишь себя в случившемся с твоей матерью, но… Послушай, я мог сказать это на эмоциях. Ты не воспринимал наши призывы к послушанию и нарушал все запреты. Мне хотелось призвать тебя к ответственности… Ты ведь не думаешь, что я хотел преподать тебе настолько жестокий урок, что довел твою мать до сердечного приступа?
«Я честно думаю, что ты свалил всю ответственность за семью на пятнадцатилетнего подростка».
Сжав губы в непроницаемую линию, Джонатан с минуту молчал. В тихом и бесцветном голосе сына послышалась горькая усмешка, маскирующая истинную эмоциональную экспрессию.
— Я нахожу твои обвинения справедливыми. Я действительно не должен был говорить такие вещи ребенку, едва ли больше тебя делая для сохранения мира и тепла в семье. Приношу свои извинения, сын.
Александр опустил пустой взгляд на поверхность глянцевого стола, никак не отреагировав на извинения, давно перестав их ждать и нуждаться.
— Если тебе тяжело от общения, если тебя тяготит необходимость нести ответственность перед другими, отвлекись на работу. Пусть это займет все твое время, которое ты тратишь сам знаешь на что.
Александр поднял ничего не выражающий взгляд.
«Ты все еще следишь за мной?»
— У меня на быстром наборе стоит вызов скорой помощи, чтобы откачать тебя от состояния, в которое ты себя загоняешь.
«Не утруждай себя. Это моя жизнь и мой выбор, как ею распоряжаться».
— И как же ты намерен ею распоряжаться?
«Не делай вид, что тебя это волнует. Я тебе нужен исключительно для работы».
Джонатан действительно не пытался врать и скрывать свои истинные намерения за какими-то «правильными» и более уместными словами. Он предпочитает язык сухих фактов. Но как будто только сейчас стало казаться, что в глазах отца затаилась внимательность к нему и его мыслям. Александр тяжело вздохнул, как всегда обессиленный и сонный, не желая ломать голову над странным поведением отца.
— Ты согласился работать в компании. Я имею право требовать от тебя исполнения твоих обязанностей.
«Хорошо, я понял тебя, отец», с сарказмом выделил последнее слово Александр.
49. Your Princess is...
49. Твоя Принцесса…
♫ Linkin Park «Easier to Run»
Этот день приближался с неумолимой скоростью, путая дни недели, забирая часы и превращая их в секунды. Можно было просто лежать, глядя на бегущие стрелки часов, и прислушиваться к движущимся теням за окном. Наступил очередной вечер, легко и незаметно обернувшийся ночью, а через пару мгновений уже снова забрезжил рассвет.
Целый месяц прошел именно так. Один день сменялся другим, ведя отсчет летних каникул. Дома было непривычно тихо и пусто, создавая ощущение, что настоящая жизнь была снаружи. А здесь чистилище, место между миром живых и миром мертвых.
Домашние редко бывали дома, как и сама Виктория. Свой первый выходной она провела, лежа на кровати и играя с кошкой, компенсируя время, которое оставляла любимую питомицу скучать в ожидании возвращения хозяйки. Привязав к шерстяной нитке фантик, водила рукой над ковром, а черно-рыжая кошка бегала за игрушкой, норовя поймать. В ней проснулся такой милый кошачий азарт, что наблюдение за охотницей немного подняло девушке настроение.
Работа в антикафе оказалась морально тяжелее, чем Виктория представляла: необходимо было много чего запоминать и к чему привыкать. Так как она несовершеннолетняя, ее рабочий график значительно короче. А когда поступит учиться, будет брать вечерние смены и работать по двенадцать часов по выходным. Но зато сможет сама обеспечивать себя и не чувствовать вины ни перед кем.