Ей ведь сказали: не приходить в школу. Я чем ее слушал, что это из головы вылетело? Зато разнылся о том, что убиться мечтаю и домогаться лез. Это я во всем виноват.
Почти не касаясь, Александр за плечи проводил ее до дивана посреди гостиной и протянул мягкую серую подушку. Виктория обняла ее, забравшись с ногами на диван, и зашлась в рыданиях. Он опустился рядом и, преодолевая ком в горле, начал говорить:
«Пойми, что никакого повода не было. Ты ни в чем не виновата».
«Я ведь знаю их и могла бы ожидать подобное».
«Разве с ними могло что-то пойти иначе? Понимаешь, они все равно со временем нашли бы способ что-то сделать тебе. Прости, что не сдержал слово».
«Ты ведь часто пользуешься интернетом?» Внезапно насторожилась Виктория, всерьез занервничав.
Александр кивнул.
«Не смотри то видео, если вдруг случайно увидишь. Пожалуйста».
«Хорошо. Обещаю».
«Спасибо».
Александр наклонил голову к спинке дивана, не сводя с Виктории виноватого взгляда, пока она промокала полотенцем мокрые волосы.
«Я все исправлю. А ты больше не расстраивайся из-за них. Разве они что-то значат в твоей жизни? Они ведь никто, раз не приносят в твою жизнь хоть каплю пользы или света, а причиняют только боль».
«Хорошо, я поняла. Спасибо, что… возишься со мной и моими проблемами».
«Не благодари. Я всегда рад помочь тебе. Правда».
Они немного помолчали, и Александр снова поинтересовался, не хочет ли она есть.
«Нет, я не уверена, что смогу поесть», ответила Виктория, думая только о том, как это выглядит со стороны: В текущей ситуации должно быть не до еды. Если он еще раз побеспокоится об этом, у меня от голода заурчит в животе, и я сдамся…
«Хм, а я и не уверен, что нашел бы для тебя что-то съедобное. Только что вспомнил, что у меня дома нет еды».
«А что ты ешь?»
«Обычно у Риты. Очень редко заказываю доставку. Не могу приучить себя держать еду в доме. Но теперь, когда у меня появилась гостья, то всегда нужно держать на всякий случай печенье. Какое твое любимое?»
«С… молочно-клубничной глазурью».
«Ну, конечно», улыбнулся Александр так, словно это было очевидно.
«Но это совсем необязательно!» Поздно спохватилась Виктория.
«Эй, что я захочу, то и буду держать в своем доме», обиженно нахмурился он.
«Хорошо», она улыбнулась, когда поняла, что благодаря этому у него появится дома хоть какая-то еда. На его лице сразу возникло спокойное выражение довольства ее ответом.
Александр посмотрел время, убедившись, что еще рано, и предложил сделать хотя бы кофе.
«Спасибо», кивнула Виктория, обхватив себя руками, когда уже как несколько дней пустой желудок попытался напомнить о себе.
«Ага… Если хочешь, пойдем со мной на кухню».
Виктория стояла по другую сторону кухонного стола, пока Александр варил для нее кофе. Когда он наливал крепкий напиток в чашку, то вспомнил нечто важное и поднял виноватый взгляд.
«Черт, извини: я забыл, у меня нет ни сливок, ни сахара. Ничего, если так?»
Виктория покачала головой.
Он протянул чашку и осторожно передал ей в руки. Виктория сделала глоток и повернулась к окну до самого пола, рассматривая город с высоты. Александр смотрел на нее, и внутри у него все переворачивалось от неопределенности ощущаемых эмоций. Радость растворялась в страхе, боль утекала под веру и надежду сделать все лучше.
Молчание затянулось, когда Виктория маленькими глотками пила горячий напиток. Вкус ей показался слишком горьким, такой кофе она пила впервые, но побоялась, что покажется грубой, если оставит чашку едва тронутой.
«Хэй», громче ее мыслей окликнул Александр. «Ты спишь?»
«А? Что?» Виктория поморгала и смущенно улыбнулась.
«Я спросил, как тебе».
«Очень… непривычно».
«Тогда зачем пьешь?» Усмехнулся он.
«Просто захотелось почувствовать то, что чувствуешь ты», едва внятно пробормотала Виктория и сделала большой глоток черного кофе.
От неожиданности Александр сделал вид, что не расслышал, неловко потирая шею и смотря на время, затем сказал, что уже пора ехать.