И даже после этого тишина.
Я сбежала по ступенькам вниз, едва не спотыкаясь, держа в руках зарядку и телефон, будто от них зависела моя жизнь. В действительности так оно и было.
И когда добежала до кухни, то чуть не прошла сквозь моего брата.
– Вольф? – Я замерла от неожиданности.
На лице его не было и тени привычной ехидной улыбки или лукавого взгляда, который явно передался Каспию. Он выглядел серьезным, прямо как тогда, в нашу последнюю встречу.
Мне хотелось высказать ему все: обиду, ненависть, любовь и благодарность, но, как это часто бывает, в тот момент были дела поважнее.
– Не исчезай, пожалуйста! Подожди! – Руки тряслись, пока я подключала телефон. На экране появилась красная батарея, и я взбесилась еще сильнее.
– Ты неправильно подумала. – Слова будто ударили по затылку. Я оглянулась на Вольфа.
Нет, я была уверена, что в этот раз подумала как раз правильно. Никогда в жизни не была так уверена.
Телефон включился, аллилуйя! Что-то подсказывало мне, что лучше сначала отправить СМС. Нашла в контактах Оуэна Кольта.
– Ты ошиблась, – сказал он мне, и по коже побежали мурашки.
– Вольф, дай мне секунду. – Со страху пальцы не хотели нажимать нужные кнопки. Я дострочила сообщение, отправила его и уставилась на полосу загрузки. Сигнал здесь был плохой, особенно сегодня. Из окна я заметила, как розовые кусты склонялись к земле под гнетом ветра. – В чем я ошиблась? – спросила я наконец, косясь на телефон. Одна антенна, черт!
– Кави убил меня.
И что?
– Для того, чтобы спасти тебя.
Вольфганг стоял перед мной, и в его глазах я видела то детское злорадство, какое бывает, когда только тебе известен секрет, который хотят знать остальные.
– Я поняла. – Моя улыбка вышла жалкой. – Тебя убили, чтобы ты смог ворваться в сон менталистов и спасти меня.
Он ухмыльнулся и навис надо мной.
– Нет, ты не поняла. Он убил, чтобы спасти тебя от меня.
Я в оцепенении смотрела, как он тихо смеется.
В голове полный сумбур, к которому добавилось давно забытое воспоминание. Мне четырнадцать. Гроза. Середина ночи. Тот же смех.
Тогда меня и похитили.
– Что? – прошептала я, видя, как Вольф начал блекнуть, словно старая фотография. – Что? Нет! Нет! Не уходи!
В этот момент громко хлопнула дверь. Кажется, ее выбили.
И все произошло почти так, как тогда.
Меня похитили.
Я не просыпалась в странных местах со времен моих «скитаний», и то, как выяснилось, этого на самом деле не было.
С трудом разлепив глаза, я сразу заметила обилие искусственного света. Сначала мне показалось, что я на операционном столе, но подо мной был жесткий и упругий, но все-таки матрац.
Белые обои, скромно обставленная комната, дорогая, стильная железная мебель. Кожаный диван, шкаф, стол и стулья, на полу темный круглый ковер из тонкого ворса. Две двери, ни одного окна.
На диване восседала Кармина Делия, увлеченно рассматривающая свои ногти. Заметив мое пробуждение, она приторно и фальшиво улыбнулась вместо приветствия.
Пошевелившись, я сразу об этом пожалела. Тело болело, словно после изнуряющей тренировки.
– Сколько я проспала? – с испугом спросила я, ища в карманах телефон или что-нибудь другое.
– Часов шесть, не больше, – мягко ответила Кармина, будто все было в порядке вещей. Я мысленно подсчитала. Шесть дней до совершеннолетия, время еще было, только если меня не будут держать здесь. – Комитет постановил спрятать тебя здесь до совершеннолетия ради твоей безопасности.
Я с трудом опустила ноги на пол, но сделала это излишне резко, и боль ударила по вискам.
– Сучья ведьма, – прошипела я, на что Кармина только ехидно приподняла бровь. – Вы не могли принять решение без меня.
– Могли. По состоянию здоровья ты не могла участвовать в срочном собрании, голосование провели с перевесом в два голоса, так что твое присутствие ни на что не повлияло бы.
Я все-таки встала на ноги, выпрямилась и двинулась к Кармине, которая даже не шелохнулась.
– Ивейн, – снисходительно протянула она, – ты – спасение Мунсайда, мы бы не тронули тебя.
– Но вырубили и затащили непонятно куда!
– Ты не пошла бы с нами добровольно. Пришлось применить меры. Хочешь знать, где мы? Это подвал главного дома ковена.
– Какого именно ковена? – прошипела я.
– Моего ковена. Салемский род. Это на юге, ты должна помнить.
Абсолютный бред. Я знала их старый дом в викторианском стиле, который сейчас был чуть ли не музейным экспонатом, такие подземные хоромы они не смогли бы построить без риска обрушить само здание. Но сейчас было полезнее повестись на эту ложь, чтобы выудить побольше информации.