Аппетит моментально пропал. Я слушала Хейзер вполуха, пытаясь выкинуть всякие картинки из головы. Бедный Каспий. Да даже бедный Варрон.
– Ну сама рассуди: он сам обрек свой ковен на распад. Признался бы, да и все, а не ломал бы комедию. Каминг-аут и все дела. Мы в каком веке живем, чтобы так реагировать?
– Ну… не знаю даже.
– Ты же жила в Канаде, так что точно не можешь быть гомофобом.
– А что не так с Канадой?
– Эй, алло! Гей-парад, прайды, самая толерантная страна в мире.
– Не замечала даже. Страна как страна, только все помешаны на кленовом сиропе.
– Видимо, ты настолько толерантна, что уже не обращаешь никакого внимания на огромные процессии полуголых парней в блестках. Кстати, об этом…
Мы зашли в шумный кафетерий и встали в очередь. Я взглядом нашла Уоррена, который сидел с Селеной, мило воркуя. Кажется, они сблизились еще больше.
– Вы-пуск-ной. Что думаешь? Я хотела забить Каспия, у которого популярность после истории с Варроном только повысилась, но могу обойтись и оборотнем из футбольной команды, пусть это совсем банально.
– Выпускной? Совсем о нем забыла. – Мы мучительно медленно двигались вперед.
– Или ты попытаешь шанс и отобьешь милашку Уоррена у стервы Селены?
Я даже закашляла, шокированно глядя на подругу.
– Он мой друг!
– Но он тебе нравится…
– Нравится как человек. Серьезно, Хейзер, Уоррен – это самое нормальное, что есть в моей жизни. Что меня сейчас точно не интересует, так это пара на выпускной. С моим аттестатом меня к нему могут даже не допустить.
– Просто запишись в актив, пока это возможно.
– У меня сейчас есть проблемы посерьезней.
– Я думала, что у тебя все затихло. Из Комитета исключили, Кави жив-здоров.
Это для Хейзер все затихло, у меня же начинался второй акт чокнутого плана, который и планом назвать трудно. Я не хотела распространяться о многих вещах, не только из-за недоверия, но и в целях безопасности. Если только мне понадобится магия вуду, тогда я, может быть, и обращусь к Хейзер, надеясь, что она не попросит услугу взамен, как у Каспия.
Зачем я снова об этом вспомнила? Это было грязно и подло, но вполне привычно для Мунсайда. Я даже не могла поверить, что Каспий на такое согласился, хотя, кажется, ему от этого хуже не стало.
– Девочки! – Вот и вспомни инкуба. Половина очереди в надежде оглянулась на него. – Я занял место.
Хейзер довольно улыбнулась, взяла свой поднос и двинулась к Каспию, наслаждаясь всеобщим вниманием.
– Как дела, Ив? – Каспий выглядел подозрительно радостным. Сейчас на него обращало внимание намного больше людей, чем раньше, и, кажется, ему это нравилось. – Никаких происшествий?
– Никаких.
– Почему пошла в «Гекату» без нас?
Хейзер театрально охнула.
– Без нас? Как ты могла?
Я уже думала оправдаться Жатвой, но вспомнила, что они ничего не знают об убитом сатире.
– Трикстер заманил.
– Будь с ним поосторожней, – предупредил Каспий. – Он и нашей семье когда-то судьбу подпортил.
Я вопросительно посмотрела на него, но Каспий промолчал.
– А мы тут обсуждали выпускной.
– Подождите, я принесу бассейн с грязью, так и решим, кто выиграет. Хотя я мог бы и «Голодные игры» провести среди женской и мужской половин школы.
– Как самонадеянно, – только и фыркнула я.
– Я пользуюсь тем, что мне дала природа.
– И демоническим обаянием.
– Я его не контролирую!
– Серьезно, Ив, это не его проблема, – вступилась Хейзер.
– Но скромность никто не отменял.
– Скромность не украшает, – важно заметил Каспий, проведя рукой по своим платиновым волосам.
– Э-э-э, как раз наоборот. – Щелкнул затвор камеры. Сара внаглую фотографировала Уоррена, который от вспышки подслеповато щурился. Он очень похудел буквально за неделю. Видимо, сильно переживал из-за смерти учителя и жил в постоянном ожидании, кто будет следующим. Я собиралась наведаться к некроманту и попросить его об одолжении. На последней встрече Кольт сказал, что найдет мне его и даже подвезет. Как только разберусь с этим, обрадую Уоррена. Надеюсь, что обрадую.
– Ты бы подыскала себе пару, Ив. Ты, конечно, мой друг, но я не занимаюсь благотворительностью, – отвлек меня Каспий.
– Это упрек по какому поводу?
Он указал вилкой на мой внешний вид.
– Ой, да идите к черту, я тут город пытаюсь спасти! – я встала с места, чтобы отнести поднос, и сделала вид, что крайне обижена. На самом деле я была рада таким подростковым подколам, а не вопросам жизни и смерти.
Томас едва не врезался в меня, но вовремя поймал мой поднос, будто был готов к этому заранее.