Сразу после окончания боевых действий, делегации поселений собрались на Площади Независимости. Была принята Конституция Республики – нового государства, объединившего в себе станции Центра, Партизан, бывшей Америки, Нейтральную и принадлежавшие Америке и Центру неметрошные поселения. Из числа землян только диггеры не захотели войти в Республику, пожелав остаться свободными племенами. Их независимость была безоговорочно закреплена в Конституции: земляне ещё помнили совершенный диггерами подвиг в обходных и задних пригаражных переходах. Ведь из всех вступивших в бой диггеров в живых осталось шестеро, один из них – Антончик.
По Конституции Республики раз в три года станции и разбитые на сектора неметрошные поселения избирали по одному депутату Собрания. Раз в три месяца, а при необходимости и чаще, депутаты сходились на Площадь Независимости, где принимали Законы, избирали Главу Администрации и Главных Администраторов, устанавливали поселениям налоги, принимали важнейшие решения об осуществлении боевых действий, выделении средств и сил на осуществление общих проектов.
Проблем и задач перед молодой Республикой стояло много: заселить и обжить отбитые у ленточников станции Московской линии, а также освободившиеся от вымерших леса и лесников станции Автозоводской линии; хотя бы до военного уровня поднять производство после потери половины мужских рук; добить всех ленточников, которые скрывались в неметрошных переходах.
Конституция отменила рабство и деление на уровни значимости. Как «временная» мера оставлен был возрастной порог для «осуществления почетного долга по выполнению наиболее опасных работ», иначе говоря, для отправки в верхние помещения. За счёт заселения отвоёванных у ленточников станций число живущих в верхних помещениях значительно сократилось.
Не смотря на понесённый в Великом Бою урон, земляне были победителями. Это, а также объединение в единый народ десятилетиями враждовавших кланов и наметившиеся перемены в жизни катализировали небывалый до сих пор в Муосе эмоциональный подъём, пользуясь которым власти Республики в первые послевоенные годы смогли сделать очень многое.
III. ДИГГЕРЫ
1.
Для того, чтобы встретиться с Антончиком, следователь привёл Веру в Ментопитомник. Два дня, пока ждали прихода его бригады, Вера неприязненно осматривала это поселение диггеров с таким странным названием. Оно располагалось в бомбоубежище одного из факультетов Академии МВД в районе Степянки. По легендам курсанты милицейской академии, в большом количестве спустившиеся под землю в день начала Последней Мировой, сразу же принялись устанавливать законность в подземельях. Благо оружия у них было предостаточно. Они уничтожили несколько банд, поддерживали порядок и приостановили скатывание к дикости населения внеметрошных поселений этой части Муоса. Ко второму году они уже подчинили себе все поселения Автозаводского и Партизанского районов. Но со временем безмерная власть растлила новоиспечённых блюстителей порядка. Управление скатилось к деспотизму, порядок гипертрофировался в беспредел. Одними из первых они вышли из под контроля президентской власти. И уже через пару лет между экс-курсантами произошёл серьёзный раздор. Раздел власти между двумя группами перерос в открытый конфликт, и закончился тотальной перестрелкой прямо в бомбоубежище. Число блюстителей закона после этой войнушки сократилось в разы. Уставшие от милицейского беспредела поселения, воспользовавшись ситуацией, захватили бомбоубежище. Выжившие курсанты милицейского вуза бежали. В память о них осталось одно пренебрежительное название, которое потом стало просто названием без смысла. Ментопитомник переходил из рук в руки, и после поднятого Великой Марго сопротивления стал столичным поселением свободных диггеров.
Ментопитомник – длинное и узкое помещение. До Последней Мировой бомбоубежище использовалось как тир. Даже сейчас на стенах кое-где просматривались облупленные изображения устройства пистолета Макарова и надписей о правилах стрельбы из него. Ментопитомник был стационарным жилищем оседлых диггеров, а также временной стоянкой для диггеров кочевых. Постоянно здесь жили диггеры из числа ремесленников, фермеров, лекарей, а также те, кто ещё (или уже) не мог передвигаться в составе кочевых бригад по малолетству, старости, болезни, а также беременные и кормящие женщины. В посёлке имелись некие подобия лазарета с роддомом и детского сада, где до пятилетнего возраста жили дети уходивших в кочевья диггеров. В примыкающих к бывшему тиру помещениях располагались кузнечная и скобяная мастерские, ферма по выращиванию свиней, которых кормили собранными в переходах лишайниками.