Радист не удержался и съязвил:
— Короче червь в башке заставляет вас тупеть и деградировать.
— Ну, зачем такие грубые фразы... Хотя мою мысль ты понял правильно... Вот и я, скажем, в прошлом — физик-ядерщик, а теперь лишь смутно помню, в чём суть ядерной реакции... Но у нас ведь есть исключения — вспомни Майю. Когда она выполнит все свои разведывательные задания, мы её направим на исследование. Возможно Майя — это основа будущей высокоинтеллектуальной расы носителей... Ладно, так ты понял, почему мы не тронем Площадь Независимости и бункера? Думаю, понял: мы заключим с ними перемирие, подпишем ещё один пакт и даже будем оказывать им такую-сякую помощь. Пусть не осчастливленные учёные трудятся на благо гнёзд хозяев. Нам, например, очень интересны их разработки, связанные с созданием морлоков. Знаешь про таких? Это было бы просто замечательно! Кстати, мы разрешим моральный конфликт по поводу морлоков, который возникает между гуманистами и учёными. Морлоки, после того как они будут осчастливлены, станут равными всем другим носителям. Они выйдут на поверхность и начнут отвоёвывать её обратно у природы и радиации. Не скрою от тебя: мы хотим завоевать всю планету. А потом, кто знает, двинемся к другим мирам.
Популяция хозяев будет всё увеличиваться и увеличиваться. Мы научимся осчастливливать не только людей и морлоков, но и змеев, хищников, других животных. Через тысячелетие этот мир будет просто не узнаваем. Всё живое будет жить одной счастливой семьёй, согретой любовью к своим хозяевам. Не будет войн и распрей, злобы и зависти. Разве не об этом мечтали люди на протяжении тысячелетий?
Видишь, как мы далеко мыслим! Разве не захватывает дух?! Разве тебе не хочется стать сопричастником всего этого?!.. Ничего — захочется!
Всё-всё, возвращаюсь к теме нашего разговора. Когда появились вы, мы поняли, что можем сделать огромный скачок в осуществлении наших планов. Мы, вернее вы... да-да, Радист, ты и твои друзья... после осчастливливания вернётесь в Москву на своём вертолёте, может быть, захватите небольшую делегацию муосовцев и начнёте освоение огромного Московского метро.
Радист начал рваться с кандалов, кусая губы и крича:
— Суки, сволочи... Грёбаные пьявки... Не бывать этому... Я не буду этого делать...
— Ещё как будешь, Игорь. Да ты успокойся и подумай, какое тебе выпало счастье! Ты будешь не только носителем Третьего Прародителя. Твой хозяин станет Высшим Прародителем в Москве. Это большая честь и радость... Ну да ты ещё этого до конца не понимаешь... На этом планы наши не останавливаются. Когда ты в достаточной мере в Москве расширишь влияние своих гнёзд, захватишь власть в определённой части своего метро, тогда ты займёшься серьёзными разработками по созданию более мощных радиоустройств. Параллельно с завоеванием Москвы, начнёте искать новые убежища. Ты, или твой преемник, будете посылать в походы новые и новые группы ленточников. Ты будешь чувствовать себя великим императором! Ну неужели тебе этого не хочется!?.. Вот ещё, чуть не забыл...
Миша раскрыл рваную папку, которую до этого держал под мышкой, достал оттуда несколько истрёпанных листков...
— Нашли в Ваших вещмешках один документик. Помнишь?
Радист рассеянно посмотрел на листки, мелко исписанные рукописным текстом. Это было письмо мёртвой сталкерши. Он видел, как Дехтер перед самым уходом на Немига-Холл отдал эти листки вместе с какими-то записями и документами на сохранение Рахманову. Обернувшись, Миша крикнул:
— Кожановские, подойдите.
Подбежали парень и девушка, они угодливо смотрели на Мишу, который продолжал разговаривать с Радистом:
— Знакомься: Сергей и Валентина Кожановские — это дети автора письма. Ты ж с другими уновцами там на вышке давал себе обещание найти детей и рассказать им о подвиге их матери! Обещание надо выполнять...
— Пошёл ты...
— А зря. Именно благодаря Галине, а я её знал лично, вы сюда прилетели. Когда мы взяли Академию Наук, там было много бывших учёных. Здания самой Академии Наук располагались недалеко от одноимённой станции. Поэтому многие учёные спаслись в метро во время Последней Мировой. Нам пришла мысль их как-то использовать на благо расширения популяции. Вот тогда-то впервые и возникла ещё у моего предшественника мысль о создании радиопередатчика.