Все его нутро заполнилось предвкушением. Предвкушением перед разгадкой, за которой он гнался столько лет.
Дроздов должен что-то знать. На сегодняшний день он последняя и известная ниточка, которая может привести его к событиям 15-летней давности.
Мурад сильно сжал кожаный руль своего автомобиля. Он выжимал из этого монстра все силы, но даже этого казалось недостаточно. Терпение было на исходе. Мурад неистово хотел, наконец, добраться до той стройки, на которую отвезли Дроздова с той девчонкой. Он хотел поскорее найти ответы на все свои вопросы.
Эта стройка, в которую Мурад с Джабиром решили отвезти Дроздова, была одним из объектов их компании. Пока не достроенный бизнес-центр пришелся очень кстати. К тому же, звукоизоляция там была первоклассной, поэтому выбор был однозначным.
На подъезде к стройке Мурад выключил фары, чтобы не привлекать внимание случайных встречных. Дорогу к этому зданию он знал прекрасно, поэтому даже без освещения мог прекрасно ориентироваться в пространстве.
В этой местности еще не было фонарей, поэтому вокруг стояла непроглядная темень.
Мурад подъехал к зданию, и, заглушив двигатель, услышал несколько мужских голосов, которые негромко что-то обсуждали. Он вышел из машины, включил фонарик на своем телефоне и увидел нескольких мужчин, среди которых был его верный друг и помощник Али. Некоторые из них курили, но многие просто стояли за компанию.
Мужчины заметили свет фонарика и резко прекратили обсуждение.
‒ Как доехал, брат? ‒ обратился к нему Али.
‒ Без пробок. Ну что там? ‒ нетерпеливо спросил Мурад.
‒ Не могу ничем тебя порадовать, к сожалению.
‒ Он не раскололся?
‒ Вообще нет. Только спрашивал, на кого мы работаем. Кроме этого ни слова больше не сказал.
‒ Вот сука, ‒ прошипел Мурад. ‒ А вы что здесь стоите? Вы их с девчонкой там одних оставили, что ли?
‒ Нет, конечно. Мы решили, что попробуем надавить на него через эту девку. Если она его любовница, это может помочь. Фархад пошел за ней, а мы пока решили отойти на перекур.
‒ Понял. Давайте шустрее, не задерживайтесь здесь, ‒ с этими словами он прошел мимо них и направился внутрь недостроенного бизнес-центра.
Глава 5.2
Сделав первый шаг на лестницу, ведущую в подвал, он услышал приглушенные крики. Мужчина что-то кричал, но Мурад не мог разобрать слов.
“Хорошо ребята поработали со звукоизоляцией” ‒ ухмыльнулся он про себя и продолжил путь вниз по лестнице.
Мураду не терпелось, наконец, вытрясти из Дроздова все, что он знает о той аварии, которая убила его родителей. Дроздов ‒ его последняя ниточка на данный момент. Он был одним из друзей его отца. Мурад не знал, работали ли они вместе, но он точно бывал у них в гостях.
Всего друзей у его отца Кадира было двое: Давид и Сергей. Кадир занимался строительством, Сергей перевозками, а у Давида была сеть ресторанов и клубов. После гибели его родителей Давид со своей молодой женой переехал в Германию и затерялся там среди мелкокалиберных бизнесменов. Мурад долго его искал, пока не выяснилось, что до переезда он успел сменить имя и все это время в Германии жил по поддельным документам.
Семь лет назад, когда Мурад приехал в его дом, оказалось, что за два дня до этого Давид погиб вместе с женой в результате несчастного случая. В доме загорелась проводка.
В тот момент Мурад был настолько подавлен, что несколько дней не выходил из номера гостиницы. Бухал и думал о том, насколько он ничтожный мститель. Уже столько лет ходит по кругу, и вот очередная зацепка ускользнула. Вновь появившаяся надежда растаяла прямо у него на глазах, оставив после себя горький привкус горечи и ощущение беспомощности.
Но сейчас Мурад не должен упустить этот шанс. Дроздов расскажет ему все, что знает.
Даже если придется идти на крайние меры.
Давление с помощью девушки может быть хорошей идеей, если этот обрюзгший старик хоть каплю дорожит своей пассией. Но если она всего лишь шалава, то ему будет плевать на нее.
Мурад продолжал свой путь в подвал и по мере приближения к помещению, в котором держали Дроздова, все четче слышал крики. Кричал только один человек, и это явно был не Дроздов. Его парни уже успели нехило его отработать, так что вряд и у него были силы так долго орать.