‒ Она не пришла в себя?
‒ Нет, когда ее привезли, она была без сознания, ‒ ответил Джабир. ‒ Так почему ее сюда привезли?
‒ Какой-то придурок, которого Али недавно взял на работу, избил ее.
‒ За что?
‒ Ни за что. Этот Фархад просто какой-то псих долбанутый. Когда я зашел в подвал, она уже была в отключке. К тому же, по словам Дроздова, она обычная секретарша.
‒ П*здец, ‒ Джабир удивленно приподнял брови. ‒ И где этот псих сейчас?
‒ Это надо у Али спросить. Я его отправил с девчонкой в дом, и после уже не видел этого Фархада.
Мурад задумчиво окинул взглядом свой дом и тяжело вздохнул. Утренний воздух всегда пах по-особенному свежо, и дышать на природе в это время суток было особым удовольствием.
‒ Так Дроздов рассказал что-нибудь? ‒ вырвал его из размышлений Джабир.
‒ Рассказал.
Мурад взглянул на своего младшего брата и начал пересказывать ему все, что узнал от Дроздова. За это время он уже успел переварить и осознать то, что у бизнеса отца была и теневая сторона. Но у Джабира эта новость вызвала удивление.
‒ Никогда бы не подумал, что отец продавал оружие, ‒ задумчиво сказал он.
‒ Я тоже об этом ничего не подозревал. Но, по словам Дроздова, они довольно долго этим промышляли.
‒ И что теперь? Дроздов отдаст тебе фото?
‒ Да. Взамен на это мы должны обеспечить безопасность его семье и помочь им выехать за границу.
‒ Понятно. Главное, чтобы он нас не наеб*л.
Их разговор прервала внезапно открывшаяся входная дверь. Из дома вышел Али в сопровождении уже давно знакомого Мураду врача, Николая Михайловича. Они о чем-то негромко разговаривали, но, увидев Мурада, замолчали и направились в его сторону.
‒ Доброе утро, Мурад Кадирович, ‒ поприветствовал его доктор.
‒ Доброе. Ну что, какие новости? ‒ Мурад взволнованно нахмурился в ожидании ответа врача.
‒ Новости неоднозначные. У девушки сотрясение головного мозга и ушиб позвоночника. Также многочисленные гематомы и ссадины. Их я уже обработал и помазал заживляющей мазью. А вот с сотрясением и позвоночником все немного сложнее. Список необходимых препаратов с дозировкой у Али. Также необходим полный покой и постельный режим. Из-за ушиба позвоночника у нее может быть снижена чувствительность в области ног, поэтому первые дни ей лучше вообще не вставать.
‒ А сотрясение?
‒ Из-за сотрясения может быть головокружение, тошнота, кратковременная потеря памяти. Ничего непоправимого, но тем не менее тщательная реабилитация и хороший уход необходим.
‒ Я вас понял. Вы уже уезжаете?
‒ Я поставил девушке капельницу, но она еще не пришла в себя, так что на данный момент я сделал все, что в моих силах. Как только она очнется, сразу же наберите меня, нужно будет ее снова осмотреть.
‒ Конечно. Али уже оплатил ваши услуги? ‒ спросил у него Мурад.
‒ Да, ‒ кивнул доктор.
‒ Что ж, тогда спасибо вам, Николай Михайлович. Вы, как всегда, очень выручаете.
‒ Это моя работа, ‒ сухо улыбнулся ему врач.
Мурад пожал ему руку и обратился к Али:
‒ Отправь кого-нибудь из ребят с Николаем Михайловичем, чтобы его довезли до дома.
Али кивнул и достал смартфон из кармана своих брюк.
Глава 6.2
Врач уехал, оставив все рекомендации, и Мурад остался наедине со своим братом и помощником.
‒ Может, зайдем в дом? ‒ спросил Али.
Они все еще оставались на придомовой территории.
‒ Нет. Вы оба сейчас поедете по делам, поэтому заходить внутрь нет смысла, ‒ ответил Мурад.
Али вопросительно приподнял бровь, молча спрашивая подробностей у своего хозяина.
‒ Но сначала, Али, расскажи мне, где сейчас тот мужчина, который избил девчонку?
‒ Я запер его в вашем доме в подвальном этаже.
‒ Почему у меня дома?
Мурад достал из кармана пиджака пачку сигарет и жестом предложил своим собеседникам покурить вместе с ним. Когда те молча отказались, он прикурил одну сигарету и выдохнул дым куда-то в небо. Эта ночь была стрессовой, и нужно было хоть как-то расслабиться, чтобы дальше продолжить действовать и мыслить трезво.