Я замерла. Точно! Профессор же говорил о другом ведомстве. Нет, об этом пока думать страшно. Против военных мне не выстоять.
Дима предложил перекусить. И мы все с радостью согласились. Как радушный хозяин, он отварил две пачки пельменей. Добавил сливочного масла и посыпал всё это зеленью. Честно скажу – было вкусно.
– Нус-с-с, на чём мы остановились? – спросил Михаил Юрьевич, когда мы насытились.
– На лаборатории и крови, – напомнил Лёня.
– Я никогда и никому этого не рассказывал. Те, кто со мной работали и работают, знают лишь часть правды. Но продолжу с того момента, на котором остановился. Девочка, когда её нашли, по возрасту, судя по внешним признакам, напоминала месячного младенца. Ровно год она провела в лаборатории Мурашек. Алчные доктора скрывали малышку от всех, не давая никакой информации вышестоящим чинам. Они все заслуги собирались приписать себе. Ребёнок постоянно находился в некоем подобии сна. За год её изучили вдоль и поперёк. По внешнему и внутреннему строению органов девочка оказалась человеком. Во всём, кроме крови. Состав ядра клетки удивил, восхитил и заставил забиться исследовательские сердца медиков в экстазе. Необычный набор хромосом показывал чудеса в лечении неизлечимых заболеваний. Лаборанты настолько часто брали кровь на анализ, вмешиваясь в естественный процесс деления клетки, что этим запускали обратный процесс.
Профессор глотнул воды и продолжил говорить в идеальной тишине.
– Роберт, понял, что жизнь девочки в опасности, и решил принять меры. Он позвонил родственнице, пригласил для беседы. Честно всё ей рассказал и попросил помощи. Та, хоть сердобольностью не отличалась, согласилась с тем, что ребёнок ни в чём не виноват. Все данные решили засекретить, девочку удочерить. Но Роберт пошёл дальше. Он уничтожил лабораторию, но…
– Но что? – наклонилась вперёд, ожидая услышать подвох.
– Но я считаю, что сам Роберт жив, – выдохнул профессор и расслабленно откинулся на диван.
– Почему вы так думаете? – задал естественный вопрос Дима.
О, он тоже включился в наше расследование.
– Потому что по милицейским сводкам, при взрыве погибло шесть человек: пять взрослых мужчин и одна годовалая девочка.
– Но тогда, значит, погибшую выдали за меня, или вы всё напутали, и я никакая не подопытная, – растерянно пробормотала я, не понимая, что хочет донести до меня профессор.
– Естественно! Ты – это она, вернее, ты – это ты, но если все думают, что в лаборатории тогда погибли все, значит, это кому-то надо. Откуда взялся труп неизвестного ребёнка? Я могу сказать одно – зачистка лаборатории готовилась профессионально. И уж если ты жива, то и Роберт вполне себе может оказаться живыми и здоровым. При большом желании это можно выяснить, просто мне в этом не было нужды.
Я сидела, словно стукнутая пыльным мешком. Не понимаю, надо нам искать Роберта или не надо. Да и о чём мы тут говорим.
– Профессор, подождите, так и что дальше случилось? Как получилось, что я вас вылечила, и откуда известно, что это точно я?
– Когда я понял, что есть шанс, что ты выжила, я стал искать эту родственницу. Это оказалось очень сложно, но я справился. Уговорить твою мать на переливание крови – это подвиг, который пришлось совершить. Если бы ты не болела, то у меня бы ничего не получилось. Лишь это позволило мне приблизиться к тебе.
– Мне говорили, что я в детстве болела, но никто не объяснил, чем, – кивнула я, подтверждая воспоминания.
– Я предложил твоей матери обследовать и вылечить тебя, раз уж так вышло, что я докопался. Ксения в первый раз меня вообще чуть не пристрелила, когда я обратился к ней с такой просьбой. Заниматься тобой ей было некогда, но она понимала, что ты умираешь. В обычную больницу не обратишься. Поэтому, у неё не осталось выбора, как довериться мне.
– Делай, что нужно, но над ребёнком издеваться не позволю. Ей и так досталось, – сказала угрожающе мне она тогда.
Мне потеплело от заботы матери. Я ведь другой мамы и не знала. Она относилась ко мне холодно, но я привыкла.
– Я впечатлился, – продолжил рассказ профессор, – жить хотелось безумно. Изучив дневники Роберта и кровь Киры, я понял проблему, но решить её оказалось непросто. Только я был слишком замотивирован, и мне пришла в голову нестандартная идея. Не буду утомлять вас терминами, но мне пришлось совершить невозможное. Её состав необыкновенен, но эксперименты учёных привели к тому, что из неё исчез один вид клеток. Все знают, что наша обычная кровь содержит лейкоциты, эритроциты и тромбоциты. А у тебя, помимо них, есть ещё шесть видов клеток, и одна из них исчезла. Я искал похожую, но нигде не мог найти. Твоя кровь отторгала любую другую. Человеческую.