– Что? – если б я не сидела, то точно грохнулась. – Снова яд? Да кому я мешаю?
– Ты что-то знаешь? Расскажи.
– Меня отравила секретарша Сан Саныча глазными каплями, он еле откачал меня. Ставил капельницу. Я думала, что тогда яд из организма вывелся.
– А знаешь, почему ты еле пришла в себя? Потому что в тебе уже был ещё один яд. Предполагаю, что ввели его тебе с помощью инъекции.
– Что-то припоминаю. Сан Саныч говорил, что видел след от укола, но я тогда не придала этому значения. Но за что? Кто от меня хочет избавиться? Я ведь никому ничего плохого не сделала, – от отчаяния хотелось выть.
– Думаю, что кто-то знает о свойствах твоей крови и пытается вывести тебя из игры.
– Логично такое предположить, но кто? И из какой игры я ведь не играю. И объясните, чем вы лечите больных, я ведь кровь больше не сдаю. Или, вы тратите свою?
– Ах это?! Нет, моя не даёт такого эффекта. Разве что, простуду вылечить. Я оставил себе одну пробирку, когда переливал себе твою кровь. Нанял группу молодых лаборантов, поставив каждому узкую задачу. Через несколько месяцев у меня уже был искусственный образец твоей крови.
– Но, почему никто не додумался до этого раньше? – возмутилась я.
– Может, и додумался, только все образцы были уничтожены. Я же говорил, что учёные скрывали свои эксперименты. Никто не знал. У них всегда в наличии был живой образец. Отпускать они тебя не собирались. Уже из дневников Роберта, я узнал, что лаборатория тайно приглашала подопытных, которым нечего было терять. Им переливали твою кровь, и они выздоравливали. Все. Разве что, ампутированные конечности не вырастали.
Наверное, тут можно было улыбнуться, но все лишь поджали губы.
– Да-да, и такие эксперименты были. Я читал, что им ещё ставили маленькую татуировку с номером, метили таким образом.
– Такую, как у меня? – указала на место рисунка.
– Да, только у них в капельке номер набит.
– Жесть, – единственное, что смогла выдавить из себя. А мысли уже полетели дальше. Могло ли так случиться, что пропадали люди, имеющие хоть малую толику моей крови? Думать об этом страшно. Получается, что в гибели людей виновата я?
– Давайте подумаем, кто вообще знает о существовании Киры? – предложил Лёня. Я ему благодарно улыбнулась. Молчать сейчас не хотелось.
– Много кто: я, Ксения Владимировна, Роберт, думаю, что военные, которые забрали летательный аппарат. Возможно, кого-то упустил, – перечислил всех подозреваемых профессор.
Гений науки - профессор собственной персоной
14. Снова город
– Итак, – решила я подвести итоги разговора, – меня кто-то ищет. Но, как я выгляжу – не знает, хотя я не скрываюсь, живу на одном месте, даже город покидала всего пару раз.
– А это значит, что этот некто ищет именно тебя, ориентируясь на татуировку на теле. И, это точно не может быть твоя мать, ведь она всё про тебя знает, – подхватил мою мысль Лёня.
– Тогда кто? – застонала я от беспомощности.
– Мне всё время кажется, что мы бегаем по кругу в своих рассуждениях. Михаил Юрьевич, а что это за банда, которая меня на органы хотела разобрать? Вы изолировали этих людей? Передали их в руки правосудия?
Профессор невесело улыбнулся.
– Всё не так просто. Как только мы ворвались и доктора поняли, что им не уйти, они раскусили по капсуле и умерли. Иногда нам везёт, и мы успеваем вырвать людей из лап потрошителей. Как и в твоём случае. Но, места постоянно меняются. Люди – тоже.
– Кажется, это не имеет отношения ко мне. Для того чтобы понять, такая кровь или нет, достаточно укола.
– Всё верно. Но, мы предположили, что это ещё одна лаборатория, которая экспериментирует с людьми. На организаторов выйти не удаётся. Как бы мы ни старались.
– Лаборатория? – я поморщилась, – после Лёниного рассказа я подумала про пересадку органов или людоедов.
– А что? Вполне рабочая версия. Надо же, людоеды, я почему-то о таком не думал. С чего такая мысль? – удивился профессор.
– Ну а что ещё? Для пересадки органов нужны контейнеры для хранения. Их ни разу не обнаружили, что остаётся? Маньяки, которые любят расчленять людей? Вряд ли. Они обычно действуют по одному, а тут группа.
– Ты знаешь, вполне может быть, что так и есть, но голова кругом. Сколько же таких людей?
– Печально. Такое ощущение, что город сошёл с ума. Потрошители, секретные лаборатории, секретарши, травящие соперниц ядом, доктора, ставящие жуткие диагнозы, – покачала головой я.