Костюмы, что нам принесли, оказались брючными и на удивление по размеру. К ужину мы были готовы вовремя. Не могу сказать, что я одевалась до этого как торговка, но сегодняшний уход за собой, да плюс дизайнерский костюм, превратил меня в леди. Мне нравилось отражение в зеркале. Очень.
За нами пришёл сопровождающий. Кто-то типа лакея, но я не уверена, как правильно называется его должность. Зал впечатлил размерами. И, как и везде, здесь царила сдержанная роскошь. Ничего вычурного. При этом понимаешь, что находишься в действительно дорогущем интерьере.
Зато атмосфера за столом напоминала поминки. Еда благоухала и манила, но люди делали вид, что они не голодны. Хорошо, что нам не нужно было подчиняться местным правилам, поэтому я и мои браться с удовольствием вкусили всё, до чего дотягивались руки или глаз.
Насытившись, отвалилась на спинку. Заметила пристальный, изучающий взгляд хозяина дома. Красивый, – подумалось мне. Но, характер – отвратный. Я успела рассмотреть всех людей, что трапезничали с нами. Дины нет. Наша девятка: Арина, Макс, его четверо друзей, и я с братьями, сам хозяин, пара охранников и ещё три незнакомых мужчины, которых нам не представили. Впрочем, как и нас им.
– Как устроились? – почему-то у меня спросил Глеб Степанович.
Я пожала плечами, не зная, что сказать.
– Ванная комната – шикарная, всё остальное не успела оценить, – честно ответила я.
Хозяин дома улыбнулся. ОН УЛЫБНУЛСЯ!
– Не хочу задерживать всех, поэтому начнём беседу у меня в кабинете с Арины, – хозяин поднялся, приглашая её следовать за собой.
Нас же развели по комнатам и снова заперли. На полке нашла книжки, выбрала одну из них и зачиталась. Когда за мной пришли, луна уже давно танцевала со звёздами. Арина улыбнулась мне, и тут же рухнула на кровать, издавая стон блаженства. Спрашивать ни о чём не стала, понимая, что девушка не расскажет.
Молча проследовала за… пусть будет лакеем. Кабинет Глеба Степановича ничем особо не впечатлил. Всё строго, лаконично. Стеллажи с документами, стеклянный шкаф со статуэтками. Он находился сбоку, и рассмотреть, что там, не могла. Понятно одно – это какая-то коллекция. Порадовало удобное кресло, куда меня усадили.
– Рассказывайте всё, что касается Дины, – с оскалом хищника, приказал хозяин кабинета. За дверью остались стоять вооружённые бойцы. О, как меня боятся.
– Особенно нечего рассказывать. Мне поставили диагноз – рак в четвёртой степени. Открыла дома дверь, ударили по голове. Очнулась в банке с жидкостью. Вашу дочь видела в проёме, когда открывалась дверь. Она лежала на столе, типа операционного. В один из дней появилась Арина с Максом, забрали девушку. Я решила, что и мне пора уходить. В городе мы снова встретились. Арина предложила мне поехать с ней. Вот и вся история, – быстренько закруглилась я.
Видела, что Глебу Степановичу рассказ не понравился.
– Поподробнее, – почти прорычал он.
– Задавайте вопросы, я буду отвечать. Я не совсем точно понимаю, что вы хотите знать.
Ручка, что крутил в руке отец Дины, сломалась. А потом понеслось… Кто заходил в комнату к Дине, как выглядели те люди, сколько раз нас кормили. Опиши помещение, внутри, снаружи. Где находится остров, как найти.
Я отвечала подробно на каждый вопрос. Так как считала нужным. Нигде не соврала. Только из моего рассказа вышло, что «Пойди туда, не знаю куда, найди-то, не знаю, что». Глеб Степанович бесился, но что я могла поделать, если я «страдаю географическим кретинизмом, вдобавок глухая и слепая». У меня же диагноз. А ещё «хочу красиво пожить, ну, сколько мне позволит Глеб Степанович в той великолепной комнате. Ведь я никогда в жизни не знала такой роскоши». И – ни слова лжи. Бился он со мной не меньше трёх часов. Я с удовольствием рассказывала, как у меня постоянно чесался нос, пока я плавала в жидкости. Больно кололись ступни, когда мы шли по лесу. Как сильно хотелось кушать, и, кроме гамбургера нам ни на что не хватило денег, не то что за сегодняшним столом у брутального хозяина такого прекрасного замка. А горничные ему не нужны?
В комнату шла, заплетаясь от усталости. Проснулась уже далеко за полдень. Ни на завтрак, ни на обед меня не подняли. Арина тоже валялась в кровати, ожидая моего пробуждения.