– Ты ещё не поняла? Я теперь навсегда с тобой и никуда не уйду.
Я недоверчиво посмотрела ему в глаза.
– Но… как?
– Я люблю тебя. Всегда любил. Прости, но я не смог тебя отпустить, и выбор я тебе больше не предоставлю. Как же ты одуряющее пахнешь! М-м-м. – Саша уткнулся мне носом в волосы, а я запустила руки в его. Блаженство!
Я сама потянулась к его губам, но он снова меня остановил. Я недовольно зарычала. Он чуть слышно рассмеялся.
– Мне нужно кое-что тебе сказать, – его совершенное тело, которое я уже успела раздеть, напряглось.
Я тоже насторожилась.
– Я теперь такой, как вы. Профессор изменил мою суть, и я могу оборачиваться в волка. Я – оборотень. Примешь ли ты меня таким?
Я облегчённо выдохнула. Всего-то? Я уже успела подумать, что он женился. Снова потянулась к таким желанным губам.
– Это значит «да»? – не успокаивался Саша.
– Это значит трижды «Да», – крикнула я в потолок. Эхо разнеслось по маленькой комнате и рассыпалось где-то за порогом. В тот же момент на меня обрушился ураган из поцелуев.
Это я горела от желания? Я страдала от жажды? О, нет! Мне показали, как меня хотят.
Через пару секунд на мне уже не осталось никакого белья. За Сашей всё ещё тянулись штаны, зацепившиеся за одну ногу. Когда мы рухнули на кровать, она натужно скрипнула. Чтоб вы знали, в деревне не нашлось ни одной деревянной кровати. Все металлические, с пружинами. Вот эти самые пружины и порвались под нами в самый ответственный момент.
С хохотом мы перекинули матрац на пол и переместились туда. Падение немного нас остудило.
Жгучее желание соединиться в вечном танце уступило место любопытству исследователя. Я провела ладошкой по рельефной груди. Наклонилась и проделала ту же дорожку губами. Насладилась его стоном, от которого меня снова пронзила жажда обладания. То, как он закинул голову назад, подставляя беззащитное горло, сорвало стоп-кран окончательно. Собралась уже оседлать объект моих грёз, но меня резко перевернули на спину и накрыли мощным телом.
Саша стал крупнее, шире в плечах, и там… видимо, тоже, потому что то, что вошло в меня, назвать детородным органом я не могла. Настоящее орудие пыток. Сладких.
Первый толчок, и мы оба застонали в голос. Так хорошо, что казалось, будто мир испарился, и остались лишь мы вдвоём. Второй – и я вернулась на этот бренный мир, но не одна, а с тем, кому готова подарить всю себя. А дальше мы просто отдались всему порочному, что предложил мне мой партнёр. А предложил мне он ох как много. Груди горели от постоянных ласк, кожа пылала. Его сильные пальцы оставляли на мне следы, словно клеймя. Он с такой силой вжимал меня в себя, что казалось, мы срастаемся не только телами, но и душами. Кожа к коже, взгляд к взгляду, ладонь к ладони. Мы были неразрывны. Саша не выходил из меня, даже когда я уже усталая просто лежала на нём. Он не давал мне отстраниться, разочарованно стонал, когда я хоть на миллиметр отодвигалась.
Сколько продолжался наш марафон – неизвестно. Когда желудок встревоженно заурчал, а мозги стали соображать, я поняла, что нужно выползать из норы.
– Проголодалась? – ласково заурчал на ушко Саша.
– Конечно. Вымотал так, что встать не могу, – улыбнулась я.
– Не вставай. Я сейчас что-нибудь найду.
– Это вряд ли. С тех пор как девчонки переехали на остров, питаемся, кто что пошлёт. Иногда баба Нюша покормит. А так в городе покушаем, а с собой то, что не портится берём. Готовить негде. Ой, а что там с бабушкой, я же так и не узнала.
– Это не дело, что моя любимая женщина голодает. Вставай, пойдём, что-нибудь придумаем. И узнаем про бабу Нюшу.
Я млела от такой заботы, но очень хотелось в душ. Как ни крути, а пора в цивилизацию возвращаться.
Пока мы пытались надеть на себя то, что осталось от одежды, я прислушивалась к внутренним ощущениям.
Спокойствие и довольство. Никогда я не была такой умиротворённой. Хотелось улыбаться, но не как безумной, а спокойной улыбкой, тихо млеющей от счастья мудрой женщиной.
Когда мы вышли из дома, прохлада ночи остудила наши разгорячённые тела. Деревня спала. Новый день вступал в свои права. Звёзды тускнели, а первые лучи тёплого солнышка выглядывали из-за горизонта.
– Вот это мы оторвались, – удивлённо вздохнула я, приложив руки к груди. Ясно же, что никакой еды мы ночью не найдём.
– Мы уже хотели вас вытаскивать. Заездил нашу сестрёнку? – сразу обозначил свою позицию Лёня. Дима же просто стоял и хмуро смотрел, сложив руки на груди. Ясно, кое-кому мои действия не понравились.