– Вон! Пошла вон отсюда! – прокричала я и, вытряхнув вещи из тумбочки, принялась швырять ими в гостью. – Чтобы глаза мои тебя больше не видели!
– Сестра! – заверещала подруга. – Она не в себе! На помощь, скорее! – испуганно орала Полина.
В палату вбежали несколько человек в белых халатах, схватили меня под руки и что-то вкололи. Все вокруг поплыло, а мои глаза начали закрываться сами собой. Через пару минут я уже тихо лежала в своей постели и видела сон. Полина ушла.
Спустя неделю шизофрения начала прогрессировать. Врачи никак не могли избавить меня от галлюцинации в виде любимой бабушки, которая умерла много лет назад. В моем сознании она всегда была рядом со мной. Чего мы с ней только не делали: гуляли, обедали, рисовали и просто болтали. Она совсем не изменилась, хотя и была уже в преклонном возрасте: обаятельная улыбка и добрые светлые глаза – такие же, как и раньше. На лице, как всегда, ни капли косметики. Седые волосы, аккуратно перевязанные платком вместо обруча, старомодные очки с толстыми стеклами, глубокие морщины и обвисшая от времени кожа на лице и руках. Бабушка была одета очень опрятно, но простенько: синие приталенное платье с расклешенной юбкой и белым воротничком, бордовая кофта на пуговицах из кашемира и маленькие коричневые кожаные ботинки на шнуровке.
Мне было хорошо с ней – как в детстве. Бабушка внимательно слушала меня, радовалась и сочувствовала. Любые проблемы в ее присутствии казались ничтожными и решались сами собой.
Я рассказала ей о муравейнике, о своей замершей беременности и об измене мужа с лучшей подругой. Бабуля была в ужасе, но поддерживала меня и давала советы.
– Лоюшка, у меня никогда не было друзей. Почему-то я знала, что ничем хорошим это не кончится. Так что просто не подпускала людей слишком близко – ограничивалась общением с ними по интересам. Но семья – совсем другое дело. Что бы ни случилось, вы с мужем – одно целое. Я уверена, он любит тебя, жалеет о содеянном, мучается и старается сохранить семью. Все люди ошибаются. На земле вообще живут одни грешники, – она улыбнулась и взяла меня за руку. – Надо уметь прощать, Лоя, забывать, договариваться и жить дальше. Расставшись с мужем, ты, конечно, встретишь достойного человека, который, возможно, подарит тебе еще большую любовь и счастье. Однако наступит день, и этот человек тоже совершит страшный поступок. Это принесет тебе еще большую боль, – бабушка глубоко вздохнула. – Зачем тогда вообще строить счастье? Чтобы при первых же трудностях своими руками сжечь его дотла? – промолвила она.
Я была удивлена.
– То есть ты советуешь мне простить его?! Но как же я буду с этим жить? Как буду обнимать и целовать его, зная, что в какой-то момент он выбрал другую, – нежился с ней в постели и получал удовольствие, пока я горевала о потерянном ребенке дома одна? – недоумевая, спросила я.
– Прощать необходимо все, даже самое страшное – то, что приносит невыносимую боль. А вот как поступать дальше, решай сама, – она говорила загадками. – Только помни, никто и никогда не заменит тебе родных. Каким бы местом ни поворачивалась к тебе жизнь, какую бы боль ни причиняли тебе эти люди, – всегда прощай и отпускай, – настаивала бабушка.
– Почему же тогда ты вышла замуж во второй раз? Не смогла простить первого мужа? – я все еще недоумевала.
– Тогда я была молода, глупа и решила, что не стану терпеть того, кто приносит мне страдания. «Всегда ведь можно найти человека лучше и быть с ним счастливой», – думала я. Тем не менее, когда вышла замуж во второй раз, наступила на те же грабли. Как и у первого мужа, у второго начались проблемы с алкоголем. Это стало для меня уроком и изменило мой взгляд на семью, – бабушка внимательно всматривалась в мои глаза. – Проблема была не в людях и не в их действиях. Проблема была во мне, в моем отношении к ошибкам других и в моем выборе, – она говорила очень серьезно, а некоторые слова намеренно делила на слоги, как бы выделяя их. – Ведь именно я полюбила первого и второго мужа. Именно я вышла за них замуж, и именно со мной они начали пить.
«А ведь бабушка права», – пронеслась мысль в моей голове.
– Когда я посмотрела на это другими глазами, то поняла, что смысла расставаться со вторым мужем и искать третьего нет, – пояснила она. – Я разрушу семью, но ничего не изменится, если не станет хуже, – бабуля вздохнула. – Так что, я начала работать над собой и отношениями, – она достала платок из кармана своего платья и промокнула им лоб.
– Но ты говорила, что алкоголизм второго мужа никуда не делся, – я продолжала спорить с бабулей. – Всю жизнь ты терпела его выходки и зависимость. Тебе же так и не удалось стать счастливой…