Аб Бернад вышел из чулана и, бесшумно ступая своими кривыми лапами, направился в столовую. Нагда все еще отсиживалась на кухне, а энергичная Арса хлопотала в спальне. Как аб и ожидал, в столовой был один Рэстис Шорднэм. Он сидел за неубранным со вчерашнего дня столом и пил пиво.
Когда аб вошел, Рэ Шкипер посмотрел на него с откровенным любопытством, но не сказал ни слова. По-видимому, он решил, что не стоит затрагивать этого хотя и дрессированного, но все же весьма опасного лесного гиганта. Ухватившись лапой за один из стульев, аб осторожно отодвинул его и присел к столу. Шорднэм улыбнулся и погладил свой череп характерным жестом Нотгорна. У аба от этого жеста мороз побежал по коже и вздыбилась шерсть на загривке. Но он тотчас же овладел собой и сказал хриплым гортанным голосом:
— Будьте столь добры, ведеор Шорднэм, налейте и мне стакан пива!
Рэ Шкипер вздрогнул от неожиданности и уставился на орангутанга с безмерным удивлением. Ему не верилось, что именно зверь обратился к нему с человеческой речью. На всякий случай он даже осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, нет ли в комнате еще кого-нибудь. Пришлось абу повторить свою просьбу, глядя старику прямо в глаза.
— Черт меня побери, эта обезьяна умеет говорить! — пробормотал Рэ Шкипер в превеликом изумлении, но все же откупорил бутылку и наполнил еще один стакан пенистым напитком.
— Пей, Кнаппи! — сказал он ласково. — Хоть ты и животина, но, видно, любишь пиво и умеешь вежливо попросить его!..
Аб Бернад с удовольствием осушил бокал и проскрежетал:
— Благодарю вас, ведеор Шорднэм…
— Ого! Ты не только умеешь говорить, но даже знаешь мой секрет! Как ты узнал, что я не профессор Нотгорн, а твой наставник Рэстис Шорднэм? У тебя что, инстинкт настолько развит или что?…
— Я все знаю, ведеор Шорднэм… Помните вчера, когда вы пришли, я пытался заманить вас в сад?
— Помню, Кнаппи, как же! Ты был просто уморителен в тот момент!
— Согласен, что я был смешон, но не в этом теперь дело!.. Ведеор Шорднэм, я должен вам открыться! Я в такой же мере орангутанг, в какой вы девяностолетний старик. Я одна из жертв проклятого Нотгорна. Разрешите представиться, аб Бернад, настоятель местного храма бога единого!..
Не дав Рэ Шкиперу опомниться, аб торопливо рассказав ему всю историю своего столкновения с Нотгорном. Под конец он даже всхлипнул и пустил слезу. Но реакция Шорднэма на его страшный рассказ была совершенно для него неожиданной. Старик принялся хохотать, как сумасшедший, и лупить себя при этом по тощим ляжкам.
— Ой, не могу! Ой, убил! Ой, совсем зарезал!!! — орал он сквозь смех. — Ведь это же!.. Ведь такое надо придумать! Почтенного аба загнать в обезьяну!.. Ай да Нотгорн! Ай да ученый! За такой отличный анекдот ему все можно простить!.. Арса! Арса! Поди сюда, крошка моя!
— Что вы! — испугался аб. — Зачем вы ее зовете?! Ведь я же видите в каком виде!..
— Берите мой халат!
Рэстис великодушно снял с себя измятую белую хламидину и набросил ее на лохматые плечи орангутанга, сам оставшись в одной рубашке и брюках.
Прибежала Арса. Увидев в столовой обезьяну, она ахнула и округлила свои выразительные черные глаза.
— Рэ, кто это?!
— Это тот самый орангутанг, сторожить которого я нанялся!.. Впрочем, вру! Теперь это не орангутанг, а благочестивый аб ланкского прихода! Прошу любить и жаловать!
— Не говори глупости, Рэ! Обезьяна не может служить в храме бога единого!
— Может, ведрис Арцисса! — проговорил аб в сильнейшем волнении. — Впрочем, что я говорю! Конечно, не может! Но ваш друг сказал правду. Я действительно настоятель местного прихода аб Бернад!.. Выслушайте меня, ведрис Арцисса!
Вид говорящей обезьяны, едва прикрытой белым халатом, привел Арсу в великое смущение. Она скорее упала, чем присела на нотгорновское кресло, лишившись на время дара речи. Аб Бернад воспользовался этим и пересказал еще раз свою удивительную историю. Он рассчитывал снискать расположение девушки и довольно-таки преуспел в этом намерении. Арса, уверенная в том, что профессор Нотгорн великий, но злой гений, нисколько не удивилась перевоплощению аба и от всей души ему посочувствовала. Рэ Шкипер тоже теперь не смеялся. Но он ошеломил свою подругу и аба Бернада по-другому. Отпив из стакана несколько глотков пива, он сказал: