— Послушайте, — Кристалл вскочила с кровати, покачнувшись на высоких каблуках. — Она ведь сказала, что не хочет. Вы представляете, что ей пришлось пережить? — сейчас Паркер не узнавал ту кокетливую девушку, которая провожала их в квартиру подруги. — А вы хотите заставить ее вспоминать.
Кристалл замолчала, часто дыша после гневной речи.
— Разве вы не хотите наказать виновного? — Лэнс деликатно взывал к чувству справедливости, присущему многим людям. — Это был кто-то из клиентов? — терять было нечего, прямой вопрос стал последней попыткой.
— Уходите, — прошептала Мисти, пустым взглядом рассматривая повязки на руках.
— Хорошо, — он достал из внутреннего кармана пальто визитку и положил на медицинский столик возле двери. — Мой номер, если что-то изменится.
***
Поездка в больницу оказалась пустой тратой времени, что не могло не раздражать Николь. Факт того, что напарнику не удалось расположить к себе Браун, вызывал в ней крохотное чувство торжества.
Они вышли через главный вход, собираясь поехать в участок. Девушка нашлась, дальнейшего хода делу дать не выйдет. Придется заняться бумажной рутиной, пока их не кинут на очередное расследование.
Николь полагала, что сейчас Лэнс снова начнет шутить и отстаивать свое главенство, но напарник хранил мрачное молчание.
— Что с тобой?
— Ничего, — он коротко покачал головой. — Поехали.
— Паркер, — Николь бесцеремонно перекрыла ему дорогу, вскинув голову, чтобы увидеть лицо.
Она опешила, когда увидела в глазах Лэнса плохо скрываемый гнев. Сначала Сандерс решила, что дело в неудаче, но затем словно прочувствовала — злоба направлена на неизвестного, так жестоко изувечившего Мисти. Сейчас напарник предстал ей с другой стороны, показав, хоть и ненадолго, что его может тронуть чужая боль.
Задать новые вопросы ей помешал коллега Макс Фрост, покидающий больницу. Все в участке знали, что здесь у него проходит лечение смертельно больная дочь.
— Сандерс. Что ты тут делаешь?
— Привет, — Николь кивнула. — Беседа с потерпевшей.
— Макс Фрост, — представился мужчина и протянул руку Лэнсу.
— Лэнс Паркер, новый напарник Сандерс.
— Потерпевшей? — он обратился с вопросом уже к обоим.
— Да, у нас было заявление о пропаже. Сегодня девушка нашлась.
Николь относилась к Максу довольно положительно. Он был отличным сотрудником, исполнительным и честным, одним из немногих, кто ей нравился как полицейский. Просить его себе в напарники ей не позволяла гордость.
— Понятно, — Фрост достал ключи от машины. — Увидимся, — он махнул коллегам и быстро зашагал в сторону парковки.
— Из убойного? — Лэнс обогнул Николь и, стараясь не смотреть на нее, пошел к автомобилю.
— Да. У него дочь болеет, — Сандерс пришлось практически бежать, чтобы поспеть за широким шагом Паркера. — Не хочешь поговорить?
— Нет, — он сел за руль и хлопнул дверью, впервые за день позволив себе эмоции.
До участка они ехали в гробовой тишине. Паркер не включал музыку и молчал, сосредоточенно следя за дорогой.
Сандерс вся как-то сдулась, перестала пышать гневом. Молча курила в окно, вдруг ощутив вину за каплю злорадства, которое позволила себе.
Она затушила сигарету и достала телефон из кармана. В шторке висело новое сообщение.
14:33
Рэй Моррис:
Увидимся вечером?)
Николь посмотрела на мигающий курсор, обдумывая, стоит ли отвечать.
15:21
Николь:
У меня много работы.
15:22
Рэй Моррис:
Завтра?
15:24
Николь:
Не знаю, Рэй. Я напишу тебе, когда появится время.
Рэй ничего не ответил.
— Парень? — Лэнс впервые за весь путь вступил в диалог.
— Да так. Знакомый, — с долей пренебрежения отмахнулась Николь.
Паркер хмыкнул, догадываясь, что попал точно в цель со своим предположением, и ожидая, как в очередной раз Сандерс огрызнется. Но она убрала смартфон и задумчиво уставилась в окно на блеклый пейзаж. Холодный ветер с залива принес запах океана и полные дождя тучи, обещая вечером сильный ливень.
Последующие три дня напарники разбирали документы в кабинете. Сандерс в полной запарке писала отчеты, по которым пропустила все мыслимые и немыслимые сроки.
Паркер нашел где-то в участке коробки и сортировал кипы бумаг, справляясь очень ловко, словно ориентировался в них, как в родных.
Учитывая, что на улице все дни, начиная с вечера визита в больницу, лило как из ведра, желания активно действовать, разъезжая по городу, не было. Дождь превратил оживленные улицы Мэйфилда в настоящие реки. Его пособник — порывистый ветер — повалил множество деревьев в городе, повредив линии электропередач в нескольких районах.