— Что он делает! Прекрати! — Сандерс сделала попытку зайти в воду, чувствуя, как холодеют руки от страха. Прихвостни Рика крепко держали девушку, оставив ей только возможность кричать. — Что вы стоите? Он же утопит его!
— Заткнись! — тряхнул ее держащий.
— Н-нет… — жалобно просила Николь.
— Я сказал, завалила, — шершавые пальцы до боли стиснули предплечье.
Плеск воды не утихал. Борьба взволновала черные воды, поглощающие фигуру Лероя.
Внезапно все замерло. Над поверхностью виднелся лишь один человек, по шею в воде.
Николь испуганно охнула и приложила руку ко рту. Лероя нигде не было.
Рик вышел на берег, рывками приближаясь к Сандерс. Вода стекала с его мощной фигуры, очерченной лунным светом. Сердце в груди Николь заколотилось в учащенном ритме. Перед глазами плыла идеально ровная водная поверхность. Колени тряслись от испуга.
Парень приблизился, взял из рук одного из друзей одежду, оглянулся назад. После вновь посмотрел на дрожащую от шока Сандерс.
— Он утонул сам, — Рик сделал шаг вперёд, становясь вплотную. Песок скрипнул под его ступнями. — Расскажешь кому-то правду, тоже неудачно сходишь искупаться.
Николь затрясло пуще прежнего из-за страха за свою жизнь и страха перед расправой, свидетелем которой она стала.
Парни проследили за тем, чтобы Сандерс, ссылаясь на усталость, покинула продолжающуюся вечеринку, предварительно сказав нескольким людям, что Лерой решил остаться и поплавать.
На следующий день администрация опрашивала всех и каждого, кто хотя бы как-то общался с Лероем. Само собой, никто ничего не знал. Об установившейся связи между парнем и Николь тоже не было известно. Сначала был сделан вывод, что воспитанник сбежал, следовательно, подано заявление в полицию, почти сразу потерявшее актуальность. Поступило сообщение о теле, всплывшем на озере. Позже в нем был опознан Лерой.
Толпа подростков облепила берег, желая поглазеть на работу властей. Вид тела, упакованного в черный мешок, вышиб из Николь дух. Ее вывернуло наизнанку возле ближайшего дерева. Почти не глядя под ноги, она ринулась назад, полная решимости рассказать учителям правду.
Примерно день Сандерс собиралась с мыслями. К тому времени полиция заполонила детский дом, вызывая всех на беседу по одному.
Николь вышла из комнаты, направляясь в туалет. На минуту задержалась у кабинета, где шел опрос воспитанников, высматривая, что происходит внутри. В уборной она плеснула на лицо прохладной воды, стремясь привести себя в чувство.
«Если меня не вызовут, пойду сама. Не будь трусихой, Сандерс».
Хлопнула дверь. Она успела увидеть в отражении несколько фигур. Одной из них оказалась Бэт, девушка Рика.
— Эй, Сандерс, — она остановилась позади Николь почти вплотную. — Что ты там в кабинете выглядывала? Собралась ссучиться?
Прокуренный голос Бэт эхом отражался от стен.
— Нет. Просто смотрела.
— Просто смотрела, — передразнила заводила.
Остальные девушки плотно окружили Николь, лишая шанса на побег.
— Если наши парни из-за твоего поганого рта по этапу пойдут, мы тебя лично сгноим, — шипела угрозами девица справа.
— Я не собиралась рассказывать.
— Думаю, ей нужно оставить маленькое напоминание, — враждебно, с шакальей ухмылкой Бэт достала канцелярские ножницы из сумки.
— Эй! Что вы…
Договорить Сандерс не успела. Жёстким рывком за волосы ее повалили на грязную холодную плитку. Бэт опустилась вниз, прижимая коленом девушку к полу. Николь затрепыхалась, изворачиваясь изо всех сил, пытаясь сбросить с себя напавшую. Но тщетно. Подруги Бэт почти вывернули ей руки, крепко-накрепко удерживая в нужном положении, а лицо придавили к полу. В нос забился едкий запах мочи и хлорки.
— Нет. Нет... — глухо просила Сандерс.
— Заткнись, — сильнее надавила коленом Бэт.
Николь лежала распластанная и беззащитная на замызганном полу туалета, удерживаемая со всех сторон. Она молча давилась слезами, слушая хруст отрезаемых тупыми ножницами прядей. Корни натянутых волос больно щипало, воздуха переставало хватать, тело закаменело. Сандерс показалось, что она отключилась от реальности, избегая принимать ее жестокость. Сознание балансировало на грани, цепляя отвратную смесь из гадкого смеха, ноющих суставов, всплесков черной воды, навсегда выжженных в памяти, и чистейшего стерильного забытья. Соленый пот скатывался мелкими каплями на губы, мешаясь с молчаливыми слезами.