— Блять, — выругалась Сандерс. — Я помню эту историю. Как таких уебанов земля носит? — не стеснялась она в выражениях.
— И я про что, — Паркер сделал несколько щедрых глотков. — Так посмотришь вокруг и понимаешь, что ещё разгребать и разгребать эти Авгиевы конюшни мира.
Николь грустно усмехнулась.
— Да ты поэт прям.
— Мы никогда не сможем сделать этот мир чистым, — разоткровенничался Лэнс. — Никогда не истребим всю грязь вокруг.
— Я так не считаю, — опротестовала его мнение Сандерс. — Наша работа именно в этом и заключается. Ловить всяких уродов.
Паркер хмыкнул, издавая мучительный вздох, и побарабанил по кружке, чувствуя, как прохладные капли, собравшиеся на ее поверхности, скользят по пальцам.
— Ты идеалистка, Сандерс, — без тени упрека сказал он. — Невозможно изловить и наказать всех. Этого никогда не будет, — завершил речь, допил алкоголь и жестом попросил бармена повторить.
— С чего это вдруг? — оскорбилась девушка на невинное замечание.
— Потому что хочешь, чтобы все было четко, ровно, — проиллюстрировал слова Лэнс, разрезая ладонью воздух перед собой. — По правилам и соотносилось с картинкой в твоей голове, — указал он пальцем на ее лоб. Николь открыла рот, намереваясь возразить, но Паркер неумолимо продолжил. — И ты будешь из штанов выпрыгивать и всех вокруг шугать, лишь бы они тебе подсобили вопреки своему желанию.
Сандерс надула губы и тряхнула головой, будто сбрасывая вердикт напарника, окативший ее ледяной крошкой.
— Я стараюсь, как могу. В отличие от большинства вокруг.
Девушка отвернулась, упирая взгляд в поверхность напитка.
— Не обижайся, Сандерс, — Лэнс легонько толкнул ее локтем. — Я не сказал, что это плохо.
— Когда мне было семнадцать, — отстраненно и невпопад начала Николь. Паркер не сразу понял, что она имеет в виду. — Убили моего друга, — уклончиво обрисовала она ситуацию. — Поговаривали, что есть человек, который знает убийц. Но он побоялся рассказать об этом полиции или руководству детского дома, — сплела Сандерс намеренную ложь. — Их так и не наказали из-за его молчания.
— Часто люди знают гораздо больше, чем можно предположить, но молчат. По разным причинам. И их можно понять. В большинстве случаев.
Николь, не скрывая растерянности, уставилась в оба глаза на Лэнса. Она ждала очередную философию о правде и ее скрывающих, но никак не полное понимание.
— Что? — сделал круглые глаза напарник. — Люди могут молчать и терпеть годами из-за страха. Это нормально.
— Угу, — Сандерс покивала, не переставая изумляться Паркеру, ведь он начинал открываться ей с совсем другой стороны.
— Поэтому убойный? — догадался он. — Найти и наказать всех злодеев. Не дать им уйти от правосудия?
«Изначально моя мотивация была куда более приземлённая».
— Ты, как всегда, сама проницательность, — беззлобно пошутила Николь. — А ты? Почему наркотики? — девушка подозрительно сощурилась. — Копы из УБН частенько сами подсаживаются на наркоту.
Лэнс сжал губы и окинул коллегу недовольным, осуждающим взглядом.
— Я похож на наркошу? Что за стереотип?
Он на миг почувствовал, как уязвило его самолюбие столь неприятное предположение. Словно окунули головой в бочку с грязной водой, и липкая склизкая жидкость пропитала все существо.
— П-а-аркер, — Сандерс хихикнула, понимая, что смогла задеть столь спокойного и уравновешенного человека, — не обижайся, — настал ее черед подкалывать. — Может это и стереотип, но он ведь не появился из ниоткуда, — девушка положила руку ему на плечо, выказывая свое расположение и добрые намерения.
— У меня в детстве был знакомый. Жил со мной в одном районе, — все же начал рассказ Лэнс. — Начинал с травки, закончил, пуская по вене самодельную дрянь и гния заживо, — мужчину перекосило при отматывании ленты воспоминаний назад, в те годы. — Ноги и руки до костей разъело. Мышцы, мясо... Все наружу. Запах пиздец, — нагнетал Паркер. — После такого зрелища желание попробовать наркоту резко отпадает.
Лэнс с вызовом посмотрел на Сандерс. На ее лице не дрогнул ни один мускул при прослушивании красочных подробностей дезоморфиновой зависимости.
«В самом деле не брезгливая», — вызвала мысль у Лэнса слегка неуместную к теме улыбку.
— Да уж, — задумчиво протянула Николь, — живой пример — лучшая пропаганда против зависимости. Помню случай. На него вызывали кого-то из наших. Муж и жена перестали выходить на связь. Несколько дней до них не могли дозвониться. Приехали родственники, а они оба мертвые лежат. Передоз химией, но самое страшное не это, — она придвинулась ближе, расслабилась, стирая границы, установленные самой собой ранее. Рассказ явно не сулил ничего хорошего, но Паркер не мог не отметить множество золотистых веснушек на милом личике напарницы. — У них дома были двое детей, трёх и четырех лет. Они несколько дней просидели с телами родителей в квартиреЗа основу взята реальная история, произошедшая в моем городе.