– Ка–а–а–к?! Что значит забирают? Какие бандиты? – в недоумении вопрошала жена.
– Мы заказали французское вино. Очень, ну очень дорогое. Я был против. Это все Кантона – мой виновник – помнишь? Который вино подносит и всегда че–то про него говорит до того, как нальет; ну, у меня работает в ресторане. Вот он и уговорил меня занять денег у бандитов, чтобы заказать это вино. Сказал, на нем мы разбогатеем и, что сам за всем проследит и в лучшем виде сделает. А я о ребенке нашем будущем подумал и не захотел, чтобы он жил в нищете. Либо принцем будет расти, либо я не Арэн, сказал я себе и согласился. А сейчас ни вина, ни богатства.
– А Кантона где? – резонно спросила жена.
– Исчез! Нигде его не могу найти!.. Но бандиты намекнули, что лучше поискать в канаве, а если не отдам сегодня до полуночи деньги и себя заодно – закрывая ладонью лицо, начал он всхлипывать.
– Успокойся, любимый, – она нежно прижалась головой к его груди. – Я с тобой. Вместе мы все преодолеем, из всего выпутаемся. Ведь так?.. Посмотри на меня, – вопросительно взглянула Марина.
– Да, если найдем деньги! – отрезал он.
– И сколько мы должны? – она заметила, что муж обобщил, так сказать, уже окунул ее с головой в эту бочку с дёгтем и отныне это – и ее проблема тоже, а потому она ответила, приплетая себя.
– Сто тысяч, – виновато прошептал он.
– Рублей? – с невероятной надеждой спросила она.
– Хмф, – ухмыльнулся он. – Если бы! Долларов американских!
– Где же нам найти такие деньги? – пробубнила она и села на табурет.
Супруги прошли в зал. Сидели там неподвижно и молча, каждый в своем омуте мыслей. Арэн, пользуясь глубокой задумчивостью жены, опять–таки, невзирая на ее положение, несколько раз покурил. А тем временем Марина, схватившись за голову перебирала в ней всевозможные варианты исхода событий и сокрушалась в поисках спасительного решения. После получаса усиленных раздумий, которые продлись еще столько же могли помрачить сознание, она вскрикнула:
– Подожди! Да что же мы это?! А милиция? Может они смогут помочь?.. ну, хотя бы пока не отдашь деньги.
– Да они сами из милиции!! – пришел в бешенство Арэн и, размахивая руками опрокинул табурет, на котором курил десятую сигарету. Он негодовал из–за того, что Марина никак не может додуматься до единственного варианта, который его устраивал. – Только я покажусь там, все! Не будет Арэна, конец придет ему! Если я даже позвоню туда, не будет мужа у тебя и не будет отца у ребенка, как ты не понимаешь?! – выпалил он и, недовольно пыхтя облокотился о стену в ожидании ответа.
Марина не выдержала напряжения. Упав на колени стала, рыдая обнимать его бедра и причитать: «Что же нам теперь делать?! Как же мы без тебя?». Арэн, не ожидал столь чувственного поворота событий, хотя и знал, что жена его любит. Не растерявшись, он бросился к ней в объятия и сам попытался заплакать, но не получилось; горе-муж с лихвой компенсировал отсутствие слез словами:
– Дорогая, родная, любовь всей моей жизни этой и других, не плачь, прошу тебя! Тебе нельзя волноваться! Умоляю, прости меня, за то, что я дурак, не подумав, все тебе рассказал. Я не должен был так делать, чтобы ты не переживала. Тебе же нельзя! О чем я вообще думал? Надо было молча пойти и умереть, как мужчина.
– Прошу, не говори та–а–а–к! – без своих успокоительных препаратов на травяной основе, к которым пристрастилась с момента замужества, она уже была не в силах утихомириться сама.
– Прости, прости, любимая. Клянусь, я хотел измениться. Ты же знаешь… Стать лучшим мужем и отцом для нашего будущего сына. Да, я таким не был, но я старался! Я уже начал! Ты же видела… Ах, мой бедный сыночек!.. Ну, как же так?! Теперь, вырастет без отца ангелочек…
– Это дочь… У нас будет дочка… у меня будет. – Она впала в истерику и стала задыхаться. Арэн быстро открыл все окна, смочил кипятком столовое полотенце с пятнами от гуляша и наложил на лицо; она сама сложила компресс втрое и приложила ко лбу. Увидев, что она постепенно приходит в себя, он продолжил нападение:
– Я думал отдать жизнь, чтобы защитить вас. Чтобы за мои поступки и промахи не отвечал никто кроме меня, но сам бог послал мне знак – дочь! Дочка. А я ведь, всегда хотел дочку иметь, – тут случилось неожиданное, одна из пятнадцати капель слез – весь резерв, рассчитанный до конца его никчемной жизни, – вдруг пролилась, заставляя Марину трепетать и из–за всех сил рваться к нему в объятия. Он приобнял ее и продолжил, – я должен ради нее жить. Я должен ее вырастить и объяснить, где подлец, а где принц и как их различать. Я должен подвести ее под венец в день ее свадьбы и пригрозить зятю! Нет, с сыном все понятно! Тот бы сам вырос и человеком стал, но дочь я оставить не могу. Буду изворачиваться, искать деньги.