Глава 13
Маруся
Я делаю то, что приносит мне радость...
Оля ничего не понимает, испуганно, медленно, крутит вокруг себя головой. Взглянув на врача она в панике отшатывается, дёргается и мечась на кровати начинает кричать. Как в замедленной съёмке, её движения заторможены, тело пока не слушается хозяйку.
Медсёстры держат ей руки, одна из них вкалывает Оле успокоительное. Подруга продолжает мычать и издавать какие то нечленораздельные звуки, пока не закрывает глаза, забывшись, навязанным сном.
Сергей Борисович даёт указание внимательнее следить за состоянием этой пациентки. Мы выходим с ним в коридор:
- Маруся, я тебе говорил, что будет не просто. Постарайся найти к ней подход, это твоя подруга, помоги ей.
Я растроенно киваю прощаясь с врачом. Тётя Саня говорит , что останется с Олей и вернется на такси сама, мы с Женькой уезжаем домой. Всю дорогу он рассказывает про работу, как подставляют сменщики и какая в реальной жизни на рабочем месте бывает дедовщина.
Сидим в машине у подъезда, Женёк заглушил мотор, разговариваем уже несколько минут. Ему надо домой , к семье, а мне урочки надо делать. Пора расходится, а он смешной такой, всё болтает, не может наговориться, ласково заглядывая в мои глаза.
- Марусь, поцелуй меня....- просит он.
Я тяну его к себе за куртку и впиваюсь в тёплые губы, впитываю мятный вкус его жвачки. Про себя отмечаю, что целоваться с Женькой мне гораздо приятнее, чем с Андреем. Значит, Лерку я жалела, а на жену Матюшина мне наплевать. Интересная у меня логика получается.... Получаю удовольствие от его нежности, сидим сосёмся с языком, мне становится жарко, низ приятно начинает тянуть. Ладно, мне пора на выход, отстраняюсь от него, Женя , утыкаясь лицом в мои волосы, не выпускает меня из своих объятий.
- Жень, давай по домам.
- Да, щас.- он обнимает меня за плечи, опять ласково целует в раскрытые губы. Женёк очень возбуждён, тяжело дышит, наверное у него сегодня будет хороший секс дома. На этот раз отстраняюсь и проверяю салон машины, чтобы ничего не забыть.
-Давай, Матюшин, покеда!
- Марусь, чего ты боишься? - шепчет он мне.
- Я? Ничего.
- Тогда почему держишь меня на веревочке? Не бойся, тебе понравится.
-Жень, ты же не ослик, чтобы на верёвке тебя держать. И с другими у тебя всё хорошо получается. Сказала же, вот полезу на стену и позову, все ещё впереди! Не скучай, Матюшин, иди домой, жену согрей.- выхожу из его автомобиля, хлопнув дверью.
Сегодня пары закончились поздно, в пять. Еду к Оле, бегу всю дорогу в метро по переходам и эскалаторам.Тревога за нёё не оставляет. Как хорошо, что её вчера в палату перевели, шаг за шагом и выкарабкается.
В коридоре сидит Женя, вид какой-то обиженный, тетя Саня в палате общается со своей дочерью.
- Привет, как она?- сажусь рядом с ним на гладкую банкетку.
- Привет, если честно, то не очень. Я её обнять хотел, а она дёргается, как будто я чужой. Как думаешь это у неё пройдёт?
- Пройдёт, просто время надо. А сейчас что было то?
- Оля звонит Виталику, а он не поднимает, почему он не отвечает, не понятно. - морщится он, - Вот перенервничала, мать её и успокаивает.
-Так...если этот козёл её бросил, я его убью! - Виталя сука по тихому слился, в игнор ушёл. Вот тебе и хороший, правильный , жених &ля, почти муж!
- Да может работает, не слышит, он же приходил сюда и с врачом разговаривал .
-Жень я тебя умоляю, открой глаза ваще!- жую жвачку и психую. Помню я, как они с врачом поговорили.
Тётя Саня выходит в коридор, вроде довольная. Я встаю, здороваюсь с ней и тут же влетаю к подруге. Оля лежит всё также, с забинтованной головой, похудела, вся серая как прошлогодний снег. Как будто всю радость и силу из неё выпили.
- Оль! Оля!- подхожу к ней ближе, и целую в щёку. - Олень, ты как?- она сначала безразлично смотрит сквозь меня и тут же узнает.
- Маа ...руся,- шепчет она пересохшими губами.
- Оль, как ты себя чувствуешь? Пить хочешь?- рядом на тумбочке стоит чашка с водой и прозрачной трубочкой от капельнмцы.
- Неет, спа..сибо. Ма..русь по..чему, Ви..талик не прихо...дит?- безжизненным голосом спрашивает она.
Тревога на её лице, говорит сама за себя, кроме своего Виталика, она думать ни о чём не может.
- Оль, ты запомнила ...их? Тех кто тебя похитил.- она напрягается, шире открывая глаза.
- Даа,- шепчет мне, - Запом..нила. Ма..русь, они меня били..так боль..но было, у них нет жало..сти, ...совсем нет. Они меня...я маме не ска...зала, чтобы не нерв..нича..ла. - она начинает беззвучно плакать. Слёзы из глаз скатываются к повязке у висков. - Мне так бы..ло страшно! Это не люди! Зачем на..до так изде...ваться!
Я обнимаю её, давая выговориться.
- Мне так стыд..но, это было ужас..но. Они мне в рот за...сунули...- вспоминая и говоря это, она начинает давиться от отвращения.
- Оль, не думай, все позади.- даю ей попить через трубочку.- Скоро тебя выпишут. Всё забудется, как страшный сон.- уверяю ее я.
Она замирает и медленно говорит:
- Нееет, не забуду. Мне ни..кто не помог, ни..кого не было ря..дом. Те...лефон забра..ли, швы..ряли меня друг другу, мучили.
Я замечаю, как заторможена её речь и движения. Даа, восстанавливаться долго придётся. Вздыхаю, готовая слушать дальше, но Оля снова начинает плакать и так долго, что приходится звать медсестру, чтобы сделать укол. Расстроенная выхожу с Женькой на улицу, тётя Саня перезванивает Виталию, гудки идут, но он не принимает вызов. Женька ждёт когда я сяду в машину, но я прощаюсь с ними, придумывая несуществующую встречу с одногруппницей и еду к дому козла- Виталика.
В его окнах не горит свет, я с какой- то бабулькой зашла в подъезд, звоню в дверь, никто не открывает. Выхожу на улицу, хожу туда -сюда, курю, прохаживаюсь медленно вдоль дороги. Часа через полтора, вижу как Виталя возвращается домой... за ручку с какой- то девушкой. Она в простеньком пуховике, сапогах-дутиках и дурацкой вязанной шапке. Идёт, подпрыгивая, а пумпон на её шапке весело взлетает из стороны в сторону. Болтая по пути, она так и смотрит ему в рот. Ну, как Оля .... и видно, что девушка, простая, добрая, хорошая...один в один замена....Оли.
У меня слов нет, ком встал в горле, так обидно за подругу. Мои упрёки и обзывания ни к чему не приведут. Я даже не поехала в автошколу, первый раз прогуляла, потратив время ожидая этого мудака. Так хреново всё. Я не знаю как мне успокоить Олю, когда она поймёт что её Виталя - её бросил. Уколы не помогут. Точно, замкнётся в себе и будет себя винить. А вдруг сделает с собой что нибудь?
Мне покоя не даёт эта смс, с её телефона, что типа, со мной она была. Я тоже чувствую вину, как будто я виновата, что с ней это произошло. Раз смс было, значит этот кто то знает меня, и я косвенно, но всё равно виновата...
Гоняя грустные мысли плетусь домой.
Звонит Марго:
- Привет, Марусь!
- Привет, Рит.- хмуро отвечаю ей.
- Ты что не в духе?
- Да, так. Из больницы еду, подругу навещала.
- Ой да, как Оля?
- Лучше, пришла в себя.
- Ну и хорошо. Не хочешь с нами посидеть, отдохнуть?
- Хочу, - я устало вытираю глаза, останавливаясь перед своим подъездом .
- Приезжай, ты хотела посиотреть где мы работаем. Мы в клубе у Дениса Дёмина, сына Олега Борисыча.
- Адрес скинь, щас приеду.
Дома собираюсь, крашусь, вроде отпускает и открывается второе дыхание.
Анна Павловна стоит в дверях моей комнаты, Мишка рядом играет с Мери лазерной указкой, та прыгает как ненормальная на стены и двери, а Морда лениво лежит на полу, наблюдая за их играми.
- Куда идёшь, то?- интересуется Павловна.
- В клуб, с Марго встречусь.
- Ну и правильно! Давно пора! Молодая девка сидишь дома, на работе посудку моешь. Я думала, к себе в клуб идёшь.- я резко оборачиваюсь.- Этому хозяину жизни глаза мозолить!
- Ещё чего! Больше не буду посудомойкой на него работать. Вчера вечером просмотрела все видеозаписи, что Харя с Мухой мне отправляли, нудно, но прослушала всё , на одном видео чётко слышно, как повар, Алексей Юрьевич, говорит молодому водиле: “Вов, матери скажи, сегодня на два часа задержусь, много товара пришло, загнать надо. А эти ящики, дома в коридоре оставь, я сам разберу, что куда."
"- Хорошо, Юрич, дома увидимся, до вечера."
- Я так понимаю, что это или сын жены или просто женщины с кем он живёт. Вот они и придумали схему как побольше спи*деть и чтобы никто на них не подумал. Марат проверяет по накладным, все сходится, а они потом мухлюют. Он повару доверяет как родному, когда менеджер отсутствует, они дела и оптяпывают.
Когда я говорю последнее слово, Миша заметно дёргается, как будто его позвали.
Это всё рефлексы, привычки. Тяпой его давно никто не зовёт, а он всё помнит.
- Мишань, иди спроси у Кузьмича, как арбузы выбирают, ты не запомнил за лето, иди, он тебе расскажет.- выпроваживает Павловна его из комнаты.- Тебе давно пора уходить, хватит там унижаться. - повернулась снова ко мне. - Ты терпишь, а работать там не хочешь. Потом к Волынскому обратимся и продашь Каримову свою долю. Пусть сам в своём говне капается!- возмущается Павловна.