Сажусь рядом, обнимаю его за шею:
- Я знаю, Вась, спасибо тебе за всё.
Кладу ему голову на плечо, он обнимая, сажает меня к себе на колени. Собравшиеся слёзы без спроса, выливаются сразу до подбородка. Я сижу и реву как дура, растроганная его простыми словами и искренним участием.
- Поплачь, девочка. Нехорошо всё в себе держать. Я всё думал, когда эмоции дадут выплеск, твоё молчание затянулось..
- Мне было так страшно. Хуже чем в мае. Я думала, что это конец, - шепчу ему сквозь слёзы.
Он продолжает гладить меня по волосам, успокаивая.
- Так, я тебе сейчас выпить принесу и не спорь со мной.- Сява оставляет меня сидеть на кровати.
Через минуту, как и обещал он вливает в меня вискарь. Я открываю рот, горло горит, обжигает огненной водой.
- Спи давай, щас полегчает. - Сява что-то говорит, сидит рядом, слышу как звонит его телефон, он выходит из комнаты, а меня накрывает темнота.
Просыпаюсь от того, что мне жарко. Надо вставать, я уже хочу в туалет. Замечаю, что соседняя подушка промята, он со мной спал что ли?
Иду в ванную, умываюсь, надеваю свои трусы, привожу себя в порядок.
На кухне слышен мужской разговор, прохожу туда, на запах кофе.
Сявкин и Каримов завтракают, обсуждая последние новости.
- Проснулась? Чего ночью орала, как будто режут? Кто это Маоро и Анджела? Я думал ты с ума сошла, когда по ненашему заговорила! - Сява широко улыбается и продолжает матом пересказывать его разговор с Ухо и лысым Егерем.
Я меняюсь в лице и громко сглатываю. Припоминая ночной сон. Мне снилось, что я еду в тёмно-сером линкольне, лежу на полу, смотрю в красивые глаза Анджело, которые прощаются со мной навсегда. Чувствую как машина переворачивается несколько раз, Мауро говорит мне, что никогда не забудет меня. Потом я кричу, оплакивая свою первую любовь и чьи-то руки обнимают, гладят и ласкают моё тело, а требовательные жаркие губы и горячий язык проходясь нежными поцелуями по промежности, врываясь внутрь, заставляют меня плавиться и громко стонать, принуждая растекаться сладкой лавой, наплевав на то, где я и с кем.
Этот кто-то ведёт влажную дорожку поцелуев к моей груди, засасывает затвердевшие соски и терзает с таким усердием налившуюся желанием грудь, что она начинает болеть.
Насытившись ею, спускается обратно вниз, ласково трогая меня, заставляя широко раздвинуть ноги и долго дрожать в жаркой истоме. Настойчивые губы вбирают в себя мой клитор, и посасывая дразнят, пока я не взрываюсь миллионом разноцветных салютов и кричу, требуя большего. Умелыми пальцами меня обманывают, пытаясь подвести ещё раз к краю. Незатихающие спазмы напряжения ноют, мучая меня с новой силой. Мягкая щетина щекочет мою кожу с внутренней стороны бедра. Я мечусь под ним, вскрикивая и постанывая, обнимая за плечи и зарываясь пальцами в шелковистые волосы. Лежу и млею от неожиданной ласки.
Вот об этом, я совсем не хочу с ними говорить. Какой хороший сон, а главное приснился вовремя. Это личное. Чувствую, что краснею. Каримов не отводит от меня глаз.
- Доброе утро, Марусь. Как ты себя чувствуешь?
- Доброе. У меня всё хорошо. - Сява наливает мне кофе и странно посматривает на меня.
Я сажусь рядом с ним, напротив Кирима, опять накидываюсь на еду и слушаю их разговоры.
Василий отдаёт мне Танино платье, пальто и колготки. Надеваю свои сапоги, бежевое шерстяное платье закрывает мою фигуру до колен. Выходим на улицу, Кирим Ринатович берёт меня за руку, от его прикосновения плечи и руки покрываются крупными мурашками.
Он спокойно обращается ко мне, медленно проговаривая каждое слово :
- Пригонят твою бэху, позвони Анне Павловне, заряди телефон. Скажи Руслану и Мише быстро собрать вещи и чтобы возвращались обратно. Петровичу я уже звонил. Сегодня вылетаем в Питер, Амин вас встретит.
Он садится со мной назад, Сява за рулём.
Едем, Василий везёт нас к Каримову. Я тихо сижу, Кирим продолжает держать мою руку. От этого мне становится спокойно, тревога последних дней остается позади.....
Дома поднимаюсь к себе, Кирим с Сявой уходят в кабинет. Переодеваюсь, крашусь. Через час в окно вижу, как моя бэха въезжает в открытые ворота. Не понимаю пока, кто водитель, накинув куртку, выхожу на улицу.
Прохоров Михаил улыбаясь, выходит мне навстречу.
- Марусь, там твой рюкзак, пуховик. На, возьми ключи.
- Я Сяве пальто Морозова отдала, он обещал в химчистку сдать и вернуть хозяину.