- Мамуль, не переживай так, на тебе лица нет. Замуж ты не выйдешь, я тебе обещаю...
Поднимаю глаза на голос Морозова, передо мной стоит незнакомый мужчина. Стою уставившись на него, с опозданием догоняю, что это парик и на лице у него грим с прокладками из силикона. Он до неузнаваемости поменял свой облик.
- Тебя Каримов прислал?
- Да. Я тут не один. Работаем. Пей давай, тебе надо согреться. Перестань трястись и успокойся. Выпей всё, Климова, это важно.
- Аа…- я хочу так много спросить, но он отходит от меня обслуживать других женщин.
- Ты готова? - Малышев со спины подходит ко мне. Под юбку задувает, ноги в чулках и туфлях уже окоченели.- Надеюсь никаких сюрпризов не будет?
- Сюрпризов не будет, я замерзла и просто хочу допить свой глинтвейн. - Артем Алексеевич пока ждет меня, любезничает с пожилой парой, крутя пальцем прядь моих волос.
Допив свой бокал, беру Малышева под локоть. Мы выходим на улицу к трёхметровой арке из живых белых роз. Зелёные листья неестественно смотрятся на фоне белого снега. С неба потихоньку начинает сыпать снег, скоро от моей причёски ничего не останется. Фотограф уже начал щёлкать нас каждые две секунды. Неприятный звук фотоапарата почему -то пугает. Гости в дорогих мехах высыпали на улицу, охрана как всегда рядом. Хозяин дома, господин Малышев с гордым видом победителя смотрит на меня сверху вниз. Профессиональный фотограф просит охранников отойти на несколько шагов, для удачного фото, Артём Алексеевич разрешает им это сделать. Послушно стою как тупая марионетка в руках умелого кукловода... Понимаю, что в глазах всё плывет, я сама сильнее хватаюсь за ненавистного жениха.
- Осталось немного, потерпи дорогая, и пойдём в тепло. - шепчет мне возбужденный господин Малышев.
Ноги дрожат и слабость не проходит. Я облизываю губы, стараясь дышать глубже, но шум в ушах и головокружение продолжают мучать меня. Работница ЗАГСа начинает толкать стандартную торжественную речь брачующихся. На серебряном небольшом подносе лежит коробка с золотыми кольцами.
Я больше не могу стоять и падаю на колени, не в состоянии больше ничего терпеть. Слышу глухие хлопки, испуганные крики женщин и заваливаюсь на бок, ударяясь головой об заснеженный пол открытой веранды. Последнее, что я вижу, это обжигающий холодом снег.
***
Маруся
Открываю глаза, хватаюсь за голову, справа на лбу большая шишка. Мне также нехорошо, пока не могу встать.
Лежу в зале на кушетке в стиле барокко, уставилась на золотые края с бежевой обивкой, похожей на велюр. Вроде соображаю, и в тоже время странно торможу. Меня осматривает мужчина в белом халате, он светит мне в глаза диагностическим фонариком в виде ручки. Задает вопросы, и громко вздыхает не получив ни на один внятного ответа. Кругом менты с кислыми рожами, презрительно смотрят и допрашивают собравшихся здесь людей. Уносят черные паталогоанатомические мешки. Малышева нигде нет.
- Эта вообще в шоке, никто ничего не видел, однако семь человек положили.
- Кожевников, я тебе всегда говорил, рыба тухнет с головы! Всё связано с работой или.... Зачем ему столько баб? Может они его от ревности заказали?
- Да, на тот свет в день свадьбы отправили. Пришла в себя? - обращается уже ко мне один из полицейских.- Дай ей попить. Что произошло, Маруся Максимовна, можете рассказать?