Меня продолжают шлёпать, выговаривая свои претензии. Больно, и в тоже время горячо, Анджело меняет своё положение, сейчас он стоит так, что моё лицо почти упирается в его пах. Полулёжа на животе, я смотрю на его брюки, во рту собираются слюни. Борюсь со своим желанием, моё дыхание учащается и они это видят, но продолжают меня лупить. Внизу живота предательски скрутило и жаркая волна прошлась по всему телу, Мауро кусает меня за задницу, желая вырвать стоны, я еле держусь, молчу, кусая губы. Анджело придвигается ближе, я громко сглатываю, стараюсь не облизывать губы, но мне не хватает воздуха и я немного приоткрываю рот.
Ничего не происходит...
Если бы они хотели, то уже ворвались в меня, подчиняя своим желаниям, но...они оставляют меня одну и отходят на кухню.
Через открытые двойные двери мне видно, как они тяжело дыша и матерясь, наливают себе выпить.
Я сопротивляюсь желанию и обида перевешивает. Голая и униженная, поднимаюсь по лестнице в нашу спальню на третий этаж и иду в душ.
Лежу, не могу заснуть, я привыкла засыпать чувствуя жар от их прижимающихся ко мне тел. Они согревали меня и давали защиту, мне так было спокойно в их объятиях. А теперь они меня наказали - после тех культурных, милых девушек меня уже не хотят? Ну и пожалуйста! А зачем тогда притащили, не дали улететь? Уязвлённая гордость, причина? Как это так, я их бросила!
Ко мне ночью так никто и не пришёл.....
Меня очень задело, что они списали меня в утиль. Может сбежать получиться и в клуб к Марго прийти? Паспорта нет, денег тоже. Открываю окно, а там кованная, декоративная решётка, красиво конечно, но даже голова не пролезет! Они помня мой побег подготовились? Или со мной это не связано? Вздыхая, ложусь опять спать.
Утром, часов в девять, одетый с иголочки в серый костюм, Анджело приносит завтрак: кофе, сок, шоколад, круасаны, омлет и брускетты с сыром.Он молча ставит поднос на стол и выходит, закрыв меня на ключ. Очень вкусно пахнет, живот громко урчит, предвкушая трапезу, но мне так обидно, что становится как-то унизительно что -то есть. А если не съем, пристанут заставляя, а я не готова к диалогу. Если всё выкинуть в унитаз, явно будет засор, выливаю туда горячие напитки и в пакет смахиваю всё остальное, мою тарелки, оставляя себе сок и бутылку воды.
Через час так же молча, не глядя на меня, Мауро приходит за тарелками, он в спортивных штанах на голое тело. Даже если удивлён, что всё съела и вымыла, вида не подал.
Я лежу целый день, гоняю злые мысли, не включаю телевизор, телефон остался в сумочке. У меня полная изоляция и игнор. За обедом повторяется та же картина-суп в унитаз, всё остальное летит в пакет за стиралкой. После обеда пришёл Анджело и забрал посуду на кухню. Они чего ждут от меня? Не понимаю! А если узнают, что я беременна, они оставят меня в этой комнате на девять месяцев? Я сойду с ума так! Да нет, что я несу! Это дом их матери, она возвращается через месяц. Но меня если захотят, могут закрыть и в доме Андреа.
Вечером, Мауро молча ставит поднос, я лежу отвернутая от него, задница болит, вся синяя от их рук, повезло ещё, что не ремнём били. Лежу, обижаясь на весь белый свет, хочу курить и есть, но не буду. Открыла окно, чтобы стало больше воздуха, но красивая решётка не даёт мне забыть, что я в заточении.
Слышу весёлые голоса парней, у них гости. Андреа и Марко. Слышно, как они играют в карты и много смеются. Им было так весело, что посуду никто не забрал, меня оставили одну, со своими мыслями. Весь следующий день ситуация повторяется. Они меня игнорят, я тоже молчу. Голова начинает кружиться, я много пью и часто стою под душем и тупо лежу. Хочу есть, но если не буду, попаду в больницу и оттуда сбегу.
Вечером всё меняется, они ужинают в гостиной, я слышу женский смех... Привели девочек? Звонкий, беззаботный смех слышен на весь дом. Они показывают мне, как легко меня заменили? Так я знаю, что все мужчины такие, ну кроме зануд и импотентов. Меня учить не надо! Ревность рисует в моём воспалённом мозгу картинки, как они страстно целуют и обнимают их, хорошо проводят время и это ещё не ночь....
Не хочу реветь, но слёзы катятся, не останавливаясь. Слышу шаги по лестнице и закрываюсь в ванной, не хочу чтобы они видели мои слёзы.
Анджело гремит посудой:
- Мари, как с тобой сложно! Ты можешь спуститься вниз, познакомься с Орнеллой и Аллесией. Это неприлично так долго сидеть в комнате!
Он просит меня? Хочет познакомить меня со своими шлюхами? Совсем дурак? Он хочет чтобы я смотрела на них? На нервах, мои ноги начинают дрожать.
В комнату входит Мауро:
- Мари, это невежливо заставлять себя ждать! Оденься и иди к столу.
Я молчу, он уходит стукнув кулаком мне в дверь ванной комнаты.
Я очень хочу есть, но видеть их не желаю. То закрывают на ключ, то просят с бабами познакомиться, главное отпускать меня никто не собирается! Значит единственный выход - больница. Смотрю на себя в зеркало, - бледная, осунувшаяся, подавленная и злая. Новые взрывы смеха мешают мне сосредоточиться на своих мыслях. Анджело снова в ударе, блещет перед девицами особым красноречием. Я не понимаю, они их пригласили меня проучить, или трахнуть у меня на глазах? Это тоже наказание? Чего они добиваются? Услышав девок, я должна была выбежать с дикими криками и накинуться на них с кулаками? Да , 'ненормальная ревнивая женщина' должна была поступить именно так! Я должна была показать крайнюю степень моего страдания- оставить тарелки нетронутыми и рыдать каясь на коленях?
Разговоры стихли и вскоре хлопнула входная дверь. Спасибо, что я не слышу продолжения.
Открываю окно, пытаюсь дергать решётку, может она хлипкая, на соплях висит?
Трясу её, но нет, сделано на совесть. Я опять реву, почему предательство настигло меня так скоро? Трогаю ноги- холодные и общая слабость мешают нормально соображать, встаю под горячий душ, и согревшись ложусь. Они надеялись вызвать во мне слепую ревность? Гоняю внутри одни и те же мысли: ждали что я выбегу в гневе выяснять отношения? Мне надо уйти, особенно сейчас, после девок.