Когда подъезжаем, я звоню и тут же сбрасываю . Он выходит из подъезда в белой майке и домашних трениках.
- Привет.
- Привет, Мур. - он обнимает и смотрит позади меня.
- Нашёл?
-Да, вот.- отдаёт мне пакет и косится за мою спину.
Поворачиваюсь, Сява с Калугой вылезли из джипа на улицу.
-Это мои друзья. Василий, Андрей.Женя.- знакомлю их, он подходит к ним, пожимает руки.
- Мур если что узнаешь, пиши, звони. - он целует меня в щёку.
- Ладно, давай. - отдаю Андрею пакет.
- Мур, ты присаживайся, в ногах правды нет.- повторяет за Женьком Калуга.
Молча, едем дальше на юго-восток Москвы и дальше за город.
Мне становиться страшно, но я боюсь их нервировать и напряжённо молчу.
Сяве кто-то звонит, он чётко и даже резко разговаривает, договариваясь о встрече.
Через некоторое время мы останавливаемся, рядом тормозит синяя нива, из неё выходят два парня и овчарка.
Сява отдаёт им Олину футболку и парень дав понюхать её собаке, спускает овчарку с поводка.
Она бежит вперед, вглядываюсь в большое пространство мусорной свалки, есть места с сухой высокой травой, железками и везде полно, полно мусора.
Выхожу из салона джипа. Что мы тут делаем,на свалке-то? Ну, почти, рядом ....Я застываю с ужасом на лице, мы здесь..... ищем Олю???
У меня подгибаются ноги, и если бы не Калуга, я бы упала.
-Тихо, тихо, тихо, тихо. - он понимает, что до меня всё дошло и успокаивая, шепчет мне в ухо, успокаивая. Я медленно и глубоко дышу, пытаясь прийти в себя. Калугин обнимает меня, я практически вишу на нём.
Через какое-то время, слышу лай собаки, мужики бегут туда, Сява с пледом тоже. У меня от страха нет сил в ногах, положив голову Калуге на грудь, так и держусь за него. Вижу как вдалеке, кто-то лежит на боку, мужики проверяют пульс, дыхание, быстро жестикулируют, кому-то звонят. Подъезжает скорая, и два парня бегут с носилками..
-Здорово, Глеб, как брат? - интересуется Сявкин и закуривает по второй, когда парни проходят мимо нас.
-Давно Серого не видел, всё с Борисычем ошивается Вы бы заглянули к нам, посидели.
- Да, надо. Что у нас тут? Трупак?
- Нет, нет. Жива, избили и выбросили.
Я отстраненно слушаю их, на носилках лежит Оля, её . лицо опухло, голова и рыжие волосы в крови, она вся в грязи, разорванная рубашка открывает вид на небольшую грудь. Сява накрывает её тело пледом, ей надевают кислородную маску на лицо.
- Жива. Это главное. - он садится за руль, Калугин сидит со мной сзади, моя голова у него на груди, у меня нет сил говорить и я не помню как выключаюсь.
Открываю глаза от громкого хлопка дверей, мы остановились у больницы ,где меня в мае зашивал Сергей Борисович.
Олю быстро везут на каталке, навстречу выбегают люди в белых халатах, ей что-то колют и они пропадают из моего поля зрения за двойными дверями хирургического отделения. Калуга уходит в туалет, мы с Сявой выходим покурить:
- Она будет жить?
- Не знаю, Марусь.
- А кто это..?
- Важно, что не Климовы и не Дёмин, так, какие-то дебилы, отморозки....
Сообщили тёте Сане, Женька везет её сюда. Сява с Калугой звали меня поесть, но я не хочу, они отошли в столовую внизу.Ко мне подходит Сергей Борисович:
- Мы готовим Олю к операции, черепно мозговая травма, надо делать - трепанацию черепа это не шутки, он называет мне сумму, почти сто шестьдесят тысяч рублей.
- Сергей Борисович, вы Олиной маме не говорите, я всё оплачу.
Он серьёзно смотрит на меня, я понимаю, что так не делается, и вообще надо сначала оплатить , а потом делать.
- Я привезу деньги, у меня на даче наличка, приеду завтра утром, не переживайте, я вас не подведу.
- Хорошо, если появятся проблемы, звони.
Доктор уходит оперировать, я сижу два с лишним часа, жду результата. Приходит зарёваная тетя Саня и Женька, мы как может успокаиваем её. Сява пишет мне , что они уехали. Врач выходит, и сообщает, что операция прошла успешно. Тётя Саня пошла разговаривать с ним наедине, я стою под дверью и подслушиваю., из их разговора я понимаю, что Олю не насиловали, хоть это радует. Женька везёт нас домой.
Дома, по быстрому ем, рассказывая о случившемся потрясённой Анне Павловне и собираюсь опять на дачу, в автошколу только завтра, и мне душно обсуждать случившееся .
Мне опять необходимо побыть одной.
Скоро я добью эту хрень и буду ездить везде на папиной бэхе!
Теперь надо думать, где взять деньги....
Кирим
Ужинаем дома, Асия с детьми, Азиз общается с беспечным Амином, тот приехал на несколько дней в Москву. Я сижу, отстранённо, весь в раздумьях.
После того дня, как Климова стояла передо мной на коленях, прошло несколько дней. Мои мысли возвращались в тот момент снова и снова, подсознание подсовывало мне возбуждающие картинки, показывающие как могли бы дальше развиваться события.
В клубе я её не видел, в свою смену она как обиженная мышь стояла у мойки, иногда выходя покурить. Усмехаюсь, наверное, спустя время, стало неудобно, пожалела о своих импульсивных действиях.
То-то ещё будет, кошка драная! Перед глазами встаёт вид на аппетитную задницу и рот наполняется слюной. Драная, потому что драть тебя буду, до потери сознания, чтобы вытрахать из твоей головы всех, кто был до меня....Зачем я её не остановил, зачем она дала до себя прикоснуться...А теперь маятник вожделения запущен и с каждым днём, амплитуда его движения становится всё короче. Мне этого мало, я с болезненной одержимостью, держу в башке образ глупой девчонки. Прихожу к выводу, что мне надо знать всё о её передвижениях, с кем общается, чем живёт.
Я не могу отказаться от неё. Время прошло достаточно с того момента, как она осталась одна, молодой организм, от избытка гормонов, да ещё и с повышенным темпераментом, скоро начнёт искать приключений на свои нижние девяносто. А у меня на тебя, кошка, другие планы....