Конечно, Олег готов был подождать, пока любимая закончит институт и получит профессию – но будет ли это значить, что она сумеет в дальнейшем позаботиться о себе, о нем… а когда-нибудь и об их детях? Олег очень надеялся: девушка поймет, что именно ему нужно, и сумеет справиться с ролью его жены. Но, несмотря на то что жениться он не передумал, мужчина всё чаще стал замечать, что Оля не такая, как тот идеал женщины, которую он хотел бы видеть рядом с собой. Вместо того, чтобы поддерживать его, она сама постоянно бежала к любимому за помощью, иногда не замечая, как сложно порой ему бывает эту помощь оказать. И, что странно, обращать внимание на это Олег стал именно с появлением Мауйи в их жизни.
За последние несколько недель он решил столько проблем этой девушки, сколько не решал своих за всю жизнь. Конечно, нельзя сказать, чтобы Мауйя и Оля были ему не благодарны, но необходимость постоянно заботиться о посторонней его раздражала. Как раздражала бы любого нормального человека, считал Олег. Но отказать Оле он не мог. Он ведь очень сильно любит свою наивную девушку и готов подождать, когда она, наконец, повзрослеет.
Только вот в последнее время всё чаще у мужчины возникало ощущение, что взрослеть Оля не хочет. Ей было хорошо под крылышком у родителей, и, похоже, она просто собиралась после свадьбы перепорхнуть под его крыло. Не то чтобы Олег был против этого, скорее, это ему льстило, но он также знал и то, что ему по-прежнему будет не хватать поддержки. А вот обязанностей, наоборот, прибавится. Несколько раз за этот месяц Олег ловил себя на мысли, что даже рад, что прямо сейчас не может позвать Олю замуж. И такие мысли его пугали. Он не просто любил Олю, он чувствовал свою ответственность за неё. И знал, что на него рассчитывают и её родители. Поэтому такие мысли были особенно неприятны.
История с кошками и банкирами тоже не лучшим образом сказывалась на его настроении. До исчезновения Мауйи он ещё более-менее держал всё под контролем – и ситуацию, и свои эмоции. Но когда после вечера с Марком Киселевым ему позвонила Мауйя – так он подумал, увидев определившийся номер, – она почему-то заговорила голосом его любимой.
Оказалось, девушки договорились встретиться на следующее утро после ужина Мауйи с Марком в номере отеля, который они заказали, чтобы сохранить в тайне адрес Оли. По словам Оли, девушки собирались обсудить то, что произойдет за ужином, и исходя из этого решить, что делать дальше. Но что-то пошло наперекосяк, потому что Оля свою подругу в отеле не застала. Как она попала в номер – разговор отдельный и внимания не заслуживающий, – главное, что попала. И обнаружила в нем, на аккуратно заправленной постели, сумку, которую они купили для Марии накануне специально для вечера с Марком. И рядом с сумкой Оля нашла напечатанную записку, в которой говорилось, что все вещи Мауйи лежат в сумке, включая одежду её хозяйки. Фраза про одежду показалась Оле странной. Девушка, разумеется, растерялась, испугалась и стала воображать картины развития событий одну страшнее другой… Она схватила первый попавшийся телефон – после исследования сумки Оля и не подумала сложить вещи обратно, а телефон Мауйи в итоге оказался к ней ближе. Перепутать было легко – покупая телефон для женщины-кошки, Олег не стал долго раздумывать и приобрел ей точную копию телефона Оли. Справедливо рассудив, что так ей окажется легче во всем разобраться – в крайнем случае, всегда можно будет о чем-то спросить подругу.
Словом, Олегу снова пришлось ехать на выручку – как раз в то время, когда он собирался поспать после тяжелого ночного дежурства. С Олей они, разумеется, в итоге поссорились. Но это не помешало ему трезво оценить ситуацию. Ничего ужасного случиться было не должно. Вызывать полицию он тоже не хотел, причем по нескольким причинам. Кроме того, он бы мог справиться с поисками и сам, если бы его напуганная девушка не допустила ряд ошибок. Собственно, за это он на неё поначалу и разозлился – не считая того, что любимая совершенно не задумалась о том, чего ему стоит каждый раз срываться с места и бежать на её призывы о помощи.
Самые главные ошибки девушки заключались в том, что Оля проверяла сумку, просто-напросто вытащив из неё всё содержимое, да ещё и взяла телефон Мауйи, чтобы позвонить, перепутав его со своим. Как лежала сумка и что из неё пропало (и пропало ли) понять тоже было невозможно – подтвердить или опровергнуть все их предположения могла лишь хозяйка сумки. Оля, конечно, утверждала, что всё на месте – телефон, документы и деньги, – но Олег не был так уверен, что больше ничего у Мауйи-Марии с собой не было. Сумка для этих вещей была чересчур объемной – в нее, помимо перечисленных вещей, уместились и туфли-лодочки, и маленькое черное платье, и комплект кружевного белья, при взгляде на которое Олег покраснел. Мужчина не был стеснительным, но, несмотря на напряженность ситуации, не мог не подумать о том, как в нем смотрелась бы Оля. Тем более что они давно не проводили вместе ночи. Девушка, кажется, его смущения не заметила, и это тоже почему-то задело чувства уже и так недовольного мужчины.