– Я знаю, – кивнул мужчина. – Но, боюсь, вряд ли она меня теперь простит…
– Думаю, это зависит от тебя. Для начала разберись, кого именно ты любишь – меня или свою девушку?
– Я забыл про обручальное кольцо. Но надел вчера именно тот пиджак, в котором собирался сделать ей предложение. Кольцо лежало в его кармане. Только обнаружив это, я понял, что натворил.
– Думаю, это значит, что Олю?
– Теперь это не важно. Она все равно не простит измену. Даже Оля не настолько добра.
– Ты удивишься, – задумчиво проговорила я. – В конце концов, каждый имеет право на ошибку. Тем более что именно на ошибках мы учимся. Ты теперь знаешь, что никогда не станешь изменять Оле – опыт тебе не понравился. Осталось только убедить в этом её.
– И, по-твоему, это возможно?
– Тебе не кажется, что это стоит сделать в любом случае? Вот только я не хочу вмешиваться. Поэтому с поезда ты поедешь к Оле и уговоришь её тебя выслушать. А я просто исчезну из вашей жизни. Если её это огорчит, в чем я сомневаюсь, расскажи об этом разговоре и передай мои извинения.
– Пожалуй, ты права, – согласился Олег. – Так и поступим. А что будешь делать ты?
– Решать свои проблемы. Я и так потратила слишком много вашего времени. Так что пора исчезнуть и дать вам возможность жить своей жизнью.
Я не стала дожидаться реакции мужчины, а поднялась и отправилась в свой вагон. Мой кофе как раз закончился, а к шоколадкам мы оба так и не прикоснулись – свою я забрала с собой. В моей сумочке был небольшой базовый набор вещей (в этом мире я привыкла носить его на всякий случай): смена одежды и белья, зубная щетка и расческа, а также все имеющиеся в наличии деньги, так что заходить к Олегу не придется. Дальше я справлюсь сама. Нужно только убедиться, что у ребят всё будет в порядке. Для этого я решила нарушить ещё одно правило этикета и подслушать их разговор. В природном теле сделать это не составит труда.
Приехав, я нашла место в парке, где удобно и перевернутьс я, и спрятать сумочку, так что из парка к дому Оли отправилась уже в своем втором облике.
Олег уже ждал там. Поскольку Оля жила с родителями, я не сомневалась, что мужчина пригласит её прогуляться, чтобы поговорить. Так и оказалось. Ребята отправились в тот самый парк, где когда-то Оля нашла меня – видимо, он имел для них особое значение. Я не слышала, о чем Олег говорил Оле и что она отвечала, но обратно они шли, обнявшись, и из подъезда Олег вышел не сразу – видимо, прощались у дверей. Я сочла это хорошим знаком. Ещё одной вещью, которая меня обрадовала, было то, что Олег, выйдя из подъезда, остановился, достал кольцо и несколько минут смотрел на него. Значит, мужчина окончательно решил сделать предложение Оле. Если бы я могла улыбаться в природном теле, так бы и сделала. А сейчас просто незаметно скрылась в траве. У Оли и Олега теперь всё будет хорошо. Не думаю, что у меня всё выйдет так же легко. Тем не менее, я должна попробовать. Пора, наконец, самой отправиться на поиски Марка.
Марк
19
Для начала я вернулась в парк и убедилась, что мои вещи в полной безопасности – и от людей, и от животных. Всё-таки жизнь в Мурмире (надо же, как прицепилось словечко Олега!) давала о себе знать – в природном теле умение делать хорошие тайники является одним из основных навыков выживания. Теперь я в любой момент смогу вернуться за вещами.
Не знаю, почему мне раньше не пришло в голову искать Марка именно в природном теле – инстинкты в нем работают лучше, да и местные кошки могут помочь. Пообщаться с ними на равных, конечно, не получится, но многие их биологические особенности могут пригодиться. Придется, правда, преодолевать чувство брезгливости – существа, утратившие разум, всегда вызывают её наравне с жалостью. Но я понимала, что в утрате разума нет их вины – если уж и винить кого-то за случившееся, так моего бывшего мужа. И, возможно, меня – ведь именно его любовь ко мне стала причиной всех его решений, действий и последовавших за ними жутких событий. Страшнее всего то, что об этих событиях тут никто не знает – все живут так, как будто по-другому невозможно. Люди, правда, сохранили разум, но отсутствие природных тел заставило их выплескивать агрессию где ни придется – от войн до драк и даже (о ужас!) издевательств друг над другом и над животными. Драки, правда, и в нашем мире были обычным делом – иногда только так можно отстоять свои границы. Но происходили они исключительно в природном теле, ведь в вертикальном практически всего можно добиться переговорами. Войны, по сравнению с этим миром, у нас случались значительно реже. К сожалению, договориться и в вертикальных телах получается не всегда, особенно если дело касается политики. Но вот жестокости по отношению к слабым я не могла ни понять, ни оправдать. Видимо, всё дело в той агрессии, которая заложена в нас от рождения – и если в нашем мире существует возможность проявить её во время охоты или игр, подготавливающих котят к охоте, то люди этого мира просто не знают, что с ней делать. Местные кошки, кстати, тоже агрессивны – по крайней мере, те, что встречались мне на улицах.