- Конечно, который без жилы!
- С торговыми путями, особенно с теми, которые имеют выход к морю, та же история, – пояснила я, – Это, считай, та же золотая жила. Никто с таким добровольно не расстанется!
- И что же делать? С ремесленным и торговым людом?
- В том то и проблема, что ничего сделать невозможно! Пока не наладятся новые торговые связи, мы с тобой от проблем не гарантированы. Потому что в руках у торговцев очень серьёзная сила – деньги! И если они решат, что мы им сильно мешаем, то мы обречены. Ни полиция, ни армия нас не защитят. Их попросту перекупят. Вот так-то! Быть может, понадобится строить новые пути, снижать налоги на торговлю или вообще, проводить государственные закупки … Это третья причина, почему не хватит кащеева займа! Его не может хватить!
- А вторая проблема?
- Государственные чиновники. Министры, сенаторы и прочие. Одно дело быть министром огромной страны и иметь возможность хапать сколько сможешь, и другое дело, если страна уменьшилась вдвое. Это вдвое сократился доход! Кому же это понравится?
- Ха! Тоже мне, проблема! Отчекрыжим им головы и назначим новых!
- Нет, ты всё же дурачок! Не обижайся, на правду не обижаются! Попытайся думать головой, а не тем местом … хм! которое тоже на два полушария разделено.
Учти, хороших управленцев нам не отдадут. Придётся довольствоваться либо старыми кадрами, либо молодёжью, которая ещё ничего не умеет и не обросла нужными связями. А вернее всего – обе категории. А управление зиждется на власти. Для того, чтобы эффективно управлять, нужно обладать властью. Какая-то часть власти делегируется нами, королями. Мы назначаем министра и, значит, как бы передаём ему частичку своей королевской власти. Но, только частичку! А остальную часть власти должен проявить сам будущий министр. И, скажи мне, какая своя власть у бывшего чиновника, старика, которого когда-то турнули с высокого поста, или услали прочь по старости? Или у молодого уравленца, который своих подчинённых первый раз в жизни видит?
Нам придётся опираться в деле управления государством на тех редких действующих управленцев, которые сами захотят работать с нами. А почему они сами захотят? А потому, что надеются на нашу некомпетентность! Что смогут своровать лишнего! Только тогда они будут управлять твёрдо и грамотно. Частью на пользу себе, частью, на пользу нам. А ты – «головы отчекрыжить»! С кем тогда останешься?
Ну, ладно, назначили мы министров, собрали Думу, Совет, Сейм, называй как хочешь, и что дальше? А дальше обязательно появятся обиженные! Те, которые рассчитывали сами попасть в министры или советчики, да не попали. И? Правильно! Возникнут разные политические партии! Те, кто получил доступ к большому пирогу, будут за нас. А за кого будут те, кого от большого пирога отодвинули?
- М-м-м …
- Не мычи! Рассуждай! Король Владислав дал клятву, что выделит половину страны, если его дочь выйдет замуж за сына короля Вацлава. И не важно, какое имя будет у этого сына! Например, Анджей. Или … Станислав. Так кого будут мечтать возвести на престол те, кто будут недовольны конкретно твоим правлением? А? Поэтому нам позарез необходимо устранить возможного твоего конкурента! Физически. Но так, чтобы никто ни о чём не догадался. Не бойся, я знаю очень хорошие яды. И умрёт без мучений, и ни один врач ничего не заподозрит …
- Зачем? – с мучительной гримассой на лице спросил Анджей, – Станислав наследует отцовский трон. Ему не до нас.
- Ха! И ещё три раза «ха»! Во-первых, никто и спрашивать не будет, хочет этого Станислав или не хочет. Возведут на престол и всё. И не отвертишься. И будут управлять от его имени. Во-вторых, кто тебе сказал, что Станиславу больше по душе жалкая половинка королевства, оставшаяся королю Вацлаву, а не сильное и могучее государство, которое он может получить? В третьих, нам всё равно придётся завоёвывать остатки твоей страны. Поэтому я и спросила вначале, кого убрать первым. Всё же первым я предлагаю Станислава, а Вацлава уже потом. Года через два-три.
Бледный Анджей смотрел на меня, прерывисто дыша, а по лицу его катились капельки пота. И взгляд его был, словно у кролика, загнанного в угол огромным удавом. И удавом он считал, явно, меня. Умничка, мальчик!
- Что ты смотришь? – пожала я плечами, – Конечно, придётся завоевать! Пойми, твоя страна слишком маленькая. Разделив её надвое, ты не сможешь обрубить все связи, которые тянутся между людьми там и здесь. В отличие от моей страны. Там такие связи обрубить можно. Благодаря её огромной протяжённости. А если между нашим новым государством и тем обрубочком, который останется от твоей страны, столько родственных, торговых, финансовых и прочих связей, которые нельзя оборвать бескровно, то лучше и проще эти связи вообще не рвать! Захватить этот огрызок и воссоединить все связи как были! Самое логичное и самое верное решение. И мы сразу получаем вожделённый выход к морю! И никаких предпосылок к возможным бунтам! Это необходимый шаг! Тяжёлый, кровавый, но необходимый. Я тебе больше скажу. Серьёзной войны не будет. Этот твой огрызочек сам захочет войти в наше государство, когда узнает про наши новые порядки и налоги. Только, да, придётся казнить бывшего короля и королеву. Или уничножить их заранее. Второе предпочтительнее. Тогда и войны-то объявлять не придётся.