- Я помню, – зевнул Фунтик, – И что? Как это связано с современной войной?
- А так, – торжественно сказал Гарик, – что сейчас этот приём называется «сосредоточить основные силы на направлении главного удара»! И это основополагающая стратегическая и тактическая идея!
- Ух ты! – второй зевок застрял у Фунтика в груди, на полпути к выходу, – Даже так! Ну, надо же! Всё, я срочно должен сообщить эту идею Ваське! Ну, не я лично, конечно, а кто-нибудь из персонажей книги, из её «штабистов». Хоть Кольцов, хоть этот … Михаэль.
- Не надо, – качнулся на кресле-качалке Гарик. К нему, похоже, вернулся обычный пофигизм, – Это для тебя чудо чудное и диво дивное. А Ваське, наверняка, уже давно все тайны раскрыли. Вот, читатели-то понимают, что Васька знает больше, чем мы рассказываем. А ты не понимаешь. Странно.
- Я понимаю! Я понимаю! – встрепенулся Фунтик.
- Понимаешь? Тогда пиши: «Глава двенадцатая»! Сегодня у Васьки будут другие тактические задачи!
Глава двенадцатая.
Задача полководца – побеждать столько же умом, сколько мечом.
Гай Юлий Цезарь.
Горюн вальяжно развалился у меня на коленях и дремал. Может показаться, что он постоянно спит. Это не так. Я точно знаю, что ночью он бдительно меня охраняет. Да и днём, если дремлет, то только вполглаза. Пусть отдыхает, блохастик, пусть … А сама я сидела на бережку и болтала. И ногами в воде болтала и языком болтала. С Алиной. Не о чём-то конкретном, а так, обо всём. Она уже рассказала мне во всех подробностях как себя чувствует Феденька, во что играет, чем питается, хорошо ли кушает, и вообще, какой он милый и способный мальчик. Я слушала и таяла. А потом уже просто болтали. И про нынешний визит гоблина Беффета тоже.
- Нет, расскажи! – настаивала Алина.
- Да, ну его! Задолбал он меня! – отнекивалась я, – И вообще, утомилась я сегодня.
- Ну, расскажи! Чего он хотел-то?
- На разведку он пришёл. Как ты мне сказала, что он у королевы побывал, так я сразу его к себе ждать стала. И не ошиблась. На следующий день – вот он! Ты же знаешь, мы с Беффетом давно знакомы. И я уже тогда, не только слушала что он говорит, но и как он говорит, какими словами говорит. Пыталась понять его психологию. Ну, мне кажется, я многое поняла в его характере.
- И что?
- А то, что разговор был вроде пустяшный, а ушки на макушке я держала.
- Ну, ты подробнее можешь?
- Ладно, слушай.
Вначале он похвалил меня за организацию похода. Дескать, гораздо лучше, чем у королевы. Я сказала, что это не моя заслуга. Дело в том, что у гремлинов хозяйственность в крови. Порядок и хозяйственность. Ну, вспомни нашего преподавателя Вейхра? У него на столе – бумажка к бумажке, карандашик к карандашику, и даже заточены одинаково, и по цветам спектра разложены! Ну, вот, многие из них служили раньше в армии интендантами. А теперь перешли ко мне. А у королевы остался только главный интендант, который человек, который и забыл уже, что это такое: переговоры с поставщиками и доставка снаряжения на линию фронта. Он только бумажки с распоряжениями помнит, которые подписывает. Беффет выслушал, покивал этак, рассеянно, и словно невзначай спросил, дескать, раз реликтовые гремлины так оказались на своём месте, лучше людей, значит, и реликтовые гоблины могут оказаться финансистами лучше людей? Может ли он надеяться, что именно из гоблинов кто-то станет новым министром финансов? Когда мы победим, конечно. Именно так и сказал: «когда», а не «если».
- И ты сказала «да»?
- Вот ещё! Я посмотрела на него пристально и сказала, что мы воюем за равенство реликтовых и людей. А равенство – это когда все равны. С обоих сторон. И пост министра займёт тот, кто покажет лучшие способности, а не тот, кто гоблин … или чей-то родственник. Или кто больше взятку даст.
- А он?
- Он дипломатично усмехнулся и ответил в том смысле, что теперь он спокоен. Если дело дойдёт до способностей к финансам, то гоблины вне конкуренции. И тут же поинтересовался, нужно ли ждать существенных политических потрясений в стране? Когда я воцарюсь.