- А ты?
- Я сказала, что да, конечно, обязательно и непременно! Посмотрела на его удивлённую рожу и начала перечислять. Во-первых, закон о титулах. Вот, ты слышала, чтобы гоблин, гремлин или гном были баронами, графами или маркизами? Я тоже не слышала. А почему? Правильно, потому что это запрещено законами о титуловании. Титул могут получать только люди. Но это неправильно и несправедливо! На Беффета подействовало! Он прямо расплылся. Да, говорит, всегда мечтал что меня будут называть «ваше сиятельство» и на моей карете будет родовой герб! В общем, заглотил пряник целиком. И не поморщился.
- Пряник? То есть, впереди будет кнут?
- Вот за что я тебя люблю, Алиночка, за то, что ты меня с полуслова понимаешь! Да, поговорили мы ещё о всяких изменениях. Он всё переживал, не будет ли прогрессивного налога? Нет, говорю, не будет. Ибо несправедливо. Налог – это процент. Каждый отдаёт определённую часть того, что получил. И это правильно. Он было успокоился, а тут я ему ещё – бац! Будут, дескать, ещё изменения в судебной системе. Всё просто. По принципу: кому много дано, с того много и спросится! Делим, всех по категориям. По уровню достатка. Ну, например, на пять категорий: – очень бедные, бедные, средний класс, богатые и очень богатые. И вводим коэффициенты, от одного до пяти. То есть: если украл очень бедный, фактически, нищий, он получит два года тюрьмы. Если вторая категория, просто бедный, то он получит за то же преступление уже четыре года. Если воровство совершил кто-то из среднего класса, то наказание будет уже шесть лет. И так далее. Очень богатый сядет на десять лет.
- Представляю!
- Вот-вот! Беффет прямо с лица спал.
- То есть, – говорит, – Если моя карета, случайно собьёт насмерть прохожего, то я получу не пять лет, как нищий, а двадцать пять?!
- А как же? – говорю, – Всё по честному! У бедняка и лошади крестьянские, которые собственной тени пугаются. А у вас, поди-ка, сплошь породистые рысаки? Особо подготовленные? Специальными мастерами воспитанные? Кто больше виноват, если наезд совершит? То-то! Большие доходы, господин Беффет, это не только большое уважение и большой почёт. Это ещё и большая ответственность!
- И ты, правда, введёшь такой закон?!
- Хотелось бы, – вздохнула я, – Ибо, справедливо. Но я же понимаю, что меня на следующий же день либо придушат, либо отравят. Чтобы другим неповадно было. Элиты, блин! Они особенные, и никому свою особость не отдадут.
- А он?
- А он покривился эдак, и говорит, дескать, адвокаты обогатятся. Самыми богатыми они и станут.
- А ты?
- А я ему: ошибаетесь! Мы же за равенство? Значит, независимых адвокатских контор не будет. Адвокаты будут такие, которых назначит суд. И больше никаких.
Ну, тут он совсем скис. И говорит, мол, не зря ли гоблины вложились в проект по смене власти? При старой-то им привольнее жилось.
А я ему: знаю я почему вы в мой проект вложились! Потому что у вас, господин Беффет, четыре серьёзных банков, с филиалами по всей стране, каждый. Это империя! А передать эту империю вам некому! Детишек у вас нет. Есть племянник, так и тот вот-вот в мир иной отойдёт от чахотки. А я даю надежду. Вы, говорю, в меня последний грошик готовы вложить, господин Беффет! Потому что гроши вы без меня ещё наживёте. А детей без меня – нет. А со мной – да!
- Васька! Зачем же ты так? Это же не просто гоблин, это Беффет! Величина! Зачем же ты его стращала? Против себя настраивала?
- Не против себя. Просто стращала. А почему … Видишь ли, после нашей победы потребуются очень-очень серьёзные деньги. И на восстановление хозяйства. И на выплаты семьям погибших, потерявших кормильца, и на компенсацию тем, кто пострадал в результате военной компании, к примеру, у кого коня реквизировали, или сено отобрали. И вообще, очень много денег нужно. У кого их брать? Вводить новый налог? А я думаю взять эти деньги у финансистов, вроде Беффета. Пригласить его к себе, взять, эдак, под ручку, и прохаживаясь по коридорам, шепнуть: дескать, если вы поможете материально, то я забуду про проект с судебной реформой. И, ведь, дадут! Сколько попросишь, столько и дадут! Лишь бы на богатенькие элиты охоты не открывали.
- Хитрая ты, Васька!
- Увы. Хотя даётся мне это нелегко. Ой, да что мы всё обо мне, да обо мне? Как у тебя дела?