Я, честно, боялась, что королева официально запросит день перемирия. И что тогда делать? Рыцарство, честь, благородство и всё такое прочее, они не позволят мне отказать! Нет, не мои рыцарство, честь и благородство! А общепринятые. Мои же командиры отрядов могут отказаться идти в бой! У нас так заведено.
Тут надо сказать одну вещь. Конечно, войска мои были сплошь из реликтовых. Но это не значит, что они все были гражданскими! Очень многие прошли суровую школу боёв, вроде профессора Флика, а многие перешли на мою сторону из действующей армии. Те, что для королевы считались перебежчиками. И, конечно, я поставила тех, кто с военным опытом, командирами. Командирами отрядов, полков, отдельных групп войск … А кого прикажете ставить? Не рудокопов же, в самом деле!
Да, Роман Викентьевич предупреждал, что среди них могут быть и люди королевы. В смысле, не люди. Но, преданные королеве. Специально засланные ей в мою армию. Представьте, что вместо общей атаки, один из отрядов вдруг разворачивается и бьёт в бок своим же! По приказу своего командира! Или вдруг останавливается посреди боя, и в нашем широком фронте наступления образовывается дыра, в которую устремляются враги?
И сам же Кольцов подсказал решение проблемы. Как он назвал это: «система комиссаров». В том смысле, что к каждому командиру-перебежчику нужно приставить нашего бойца. Может, и мало смыслящего в тактике, но до мозга костей преданного нашему делу. И он будет контролировать, не пытается ли этот командир уклониться от боя? А в случае серьёзных подозрений, будет брать командование на себя. Пусть, дескать, лучше отдельным отрядом командует дурак, чем предатель! Я подумала и согласилась. Теперь на совещания от каждого отряда ходили двое: командир и его комиссар. И оба слушали поставленную задачу.
Вчера, поздно ночью, когда я убедилась, что все мои «штабисты» крепко спят, я тайно вызвала этих самых командиров с комиссарами и поставила им задачу на бой. И совсем не ту, которую мы обсуждали с Михаэлем! И расстановка войск была другая и план боя другой. Почему тайно? Чтобы Михаэль точно не мог узнать об этом. Почему не арестовала Михаэля до утра? Я не была до конца уверена, что тот выполнил свою роль полностью. Что королева узнала о ложном плане.
Теперь, когда я видела, что королева выстраивает свои войска, как раз в соответствии с тем, ложным планом на бой, я успокоилась. Успел, мерзавец! Передал!
Зато, теперь я боялась отсрочки. Вдруг королева запросит день перемирия? За этот день может произойти столько, что все мои новые планы полетят в тартарары! И те самые командиры, которые имеют военный опыт, не позволят мне отказать! В их кодексе чести такое, видите ли, не прописано.
Я опасалась зря. Королева не собиралась снисходить до каких-то просьб к «самозванке». А может, боялась, что за этот день перемирия я успею накопать траншей и устроить инженерные заграждения. Она же не знала, что всё уже давно готово. Что я выслала гномов заранее. Ведь моя армия тоже, только вчера на этом поле собралась. И я с радостью увидела, как рыцарская конница начала атаку.
Ну, как сказать «атаку»? На заморённых-то лошадях … И тем не менее, рыцари двинулись вперёд. Вначале медленным шагом, но постепенно ускоряясь и ускоряясь. Лошади почувствовали что идут в бой. И это словно бы придало им сил. Так бегун на длинные дистанции, уже готов упась или сойти с дистанции, но вот он видит заветную финишную ленточку и … прибавляет скорость. Да, после финиша он упадёт и очень может быть, что ему потребуется медицинская помощь, но сейчас он бежит за пределами возможностей организма! Так и рыцарская конница. Я видела, что некоторые лошади уже переходят на лёгкую рысь. И их становилось всё больше и больше. Вот уже все рыцари набирают скорость …
Помогало ещё то, что рыцари двигались чуточку под уклон. Я уже говорила, что это поле для нас считается невыгодным. Если мы будем наступать, нам придётся подниматься по пологому, но косогору. Если наступает враг, то они непроизвольно ускоряются, потому что сбегают с пологого косогора. Вот рыцари и ускорялись. Непроизвольно.
И тут пропела боевая труба. Если среди рыцарских рядов и были те, кто отставал, то теперь таких не осталось. Звуки трубы подхлестнули лошадей почище бича. Рыцари рванули в галоп. И этот жеезный, звенящий, сверкающий на солнце, бронированный отряд всё набирал и набирал скорость. Это было … страшно! Красиво и страшно.