- Ванечка! – бросилась я парню на шею, едва король успел сделать полтора десятка шагов, – Очнулся, милый!
Ванька стиснул меня так, что я пискнула. Радостно и счастливо. Хотя, рёбра ещё с неделю болеть будут. А потом Ванька резко отстранился от меня и прошептал хрипло, глядя на меня зовущим, пылающим взглядом:
- Я … не могу!..
- Что? – испугалась я, – Что ты не можешь, милый?
- Лицо Ваньки исказилось. Слова явно давались ему с трудом.
- Я не могу … быть с тобой! Милая, родная, пойми: я богатырь! Меня с самого детсва воспитывали в понятиях чести! Дал слово – держи! Сдохни, но держи! А я уже … дал слово … той принцессе. Меня заставили, да! Но я дал такое слово! Не смотри на меня так! Я к ней равнодушен! Мы ни на секунду не были вместе! Но теперь я связан своим словом, крепче цепей. До тех пор, пока нашу помолвку официально не расторгнут.
Милая, я хочу быть с тобой! Я мечтаю быть с тобой! Мне сейчас легче было бы, если бы мне живот ножом проткнули, и в рану острого перца насыпали, пополам с битым стеклом! А сейчас я … не могу!!!
И я увидела, как у Ваньки блеснула предательская слезинка. Да-да! Не смейтесь. У богатыря блеснула слезинка. Он круто развернулся и сердито сопя, попёрся куда-то, не глядя, не разбирая дороги. А я сцепила зубы с такой силой, что даже шея заболела. И отправилась искать фею Салсу. И фее пришлось чарами снимать спазм мышц, заклинивших мои челюсти, прежде чем я смогла сказать ей хоть слово.
Теперь вы понимаете, ту бурю чувств, которые я определила, как «была немного взвинчена и раздражительна»? Вот-вот! Дракону не посоветовала бы становиться сейчас на моём пути!
О, да! Сейчас я не была ведьмой! Сейчас я была прекрасной волшебницей с фиалковыми глазами! В роскошном наряде. Алина целое утро надо мной колдовала, вместе с двумя феями. Одна – фея Тая, а вторая – фея Салса. И обе уже языки на плечо повесили, когда Алина, наконец-то соизволила сказать: «Ну … вроде сойдёт …».
Я даже в зеркало глядеть не стала. Я и так знала: умопомрачительно!
Много народа я с собой брать не стала. Кольцов, Алина, фея Салса, гном Криль, вот и весь мой кортеж. Ванька сказал, что прибудет отдельно. Ни к чему, мол, плодить слухи и разговоры. Прибудет после нас, опять же, чтобы не оставаться с той, поддельной принцессой ни на минуту.
- Повезло тебе! – завистливо вздохнула русалка, глядя вслед удаляющемуся богатырю, – Такой парень! Один на миллиард! А то и ещё реже!
И я тут же провесила портал, прямо к подножию дворца. Чтобы чем-то себя занять. Чтобы не разреветься.
В отличие от меня, королева пригласила народу гораздо больше, чем двадцать человек. Хотя, формально, наверное её упрекнуть будет сложно. Половина – иностранные послы. Это не «её» подданные. Но тоже свидетели. «Своих» подданных было как раз двадцать. Я только усмехнулась. Мне же лучше!
Ни короля, ни королевы в зале пока не было. А те приглашённые, которые были, встретили нашу группу весьма прохладно. Только Беффет приветливо поклонился. Ровно на половину того поклона, который должен был бы быть по этикету.
А вот и Ванька! Он вошёл независимой походкой и демонстративно встал рядом со мной. Не отвечая на подобострастные приветствия окружающих.
- БАМ! – ударили первый удар часы на ратуше, недалеко от дворца.
И тут же, словно из ниоткуда, вынырнул мажордом.
- Его величество король Владислав Первый! Её величество королева Мария! Её высочество принцесса Виолетта! – зычно проорал он во всю силу лёгких и стукнул разукрашенной палкой по полу. Посмотрел на Ваньку и неуверенно добавил, – И его высочество, принц Иван …
И тут же распахнулись двери. И в зал вошли король с королевой. С этой, которая выдаёт себя за принцессу. За меня. И неторопливо пошли к возвышению, на котором стояли четыре трона: посередине два, которые повыше, по бокам два, которые пониже. А все присутствующие склонили спины. И я тоже. Дав себе зарок, хорошенько наказать наглую выскочку, лжепринцессу, за это унижение. Но, позже, когда всё разъяснится. Что бы ей такое придумать? М-м? Ладно, после соображу, когда злость схлынет. А то, всё какие-то извращения в голову приходят, вроде того, что посадить её на цепочку и заставить лаять, вроде собачки. Тьфу! Это недостойно! Меня недостойно, как будущей правительницы.