Так же в пользу богатства говорила стоящая на самой макушке холмика ветряная мельница.
Еще одним штрихом служило то обстоятельство, что во дворе этого хутора залаяла собака. А содержать псину дело не дешевое. Ее капустой да брюквой не прокормишь. Только сейчас Градов понял, чего не хватало в деревне, пока они шли по улице — лая собак.
«Надо полагать тут староста живет, кулак местный», — понял Градов.
Гостей благодаря живой сигнализации заметили. Сквозь плетень на них смотрел пацан лет десяти.
— Батьку своего позови… — глухо потребовал вожак сей банды.
— Ага…
Пацан убежал и через пару минут появился староста и впрямь выглядел как типичный кулак с картинок. Главное что обут оказался не в лапти, а какие-то полусапоги. Ну в целом одежда добротная без заплаток.
Видом и статью чем-то напоминал заведующего складом из фильма «Операция «Ы»».
— И кого это вы притащили? — поинтересовался он, открыв калитку.
— Злыдня… — начал было Митька.
Но староста-кулак оборвал его взмахом руки.
— Кто это Демьян? — обратился он к лидеру.
Андрей вдруг подумал, что староста прикармливает этих парней, делая из них этакою силовую защиту, ведь быть богатым среди нищих тоже непросто, особенно когда люди до крайности доходят. Напасть могут.
«От рекрутского набора наверняка прикрыл, заработать дает на бухло в качестве батраков, да и так подкармливает. По крайней мере Демьян точно полностью его человек», — предположил он.
— Тать-колодник. Вы еще сами нам о нем говорили…
— Помню я о чем говорил. Вот только непонятно каким местом ты меня при этом слушал. Жопой поди… О каких приметах я тебе сказывал?
— Эм-м…
— Что мычишь как бычок от вымени оторванный? Колодник тот волосом черен, нос горбинкой, мочка правого уха рваное, одного верхнего зуба не хватает. А теперь посмотрите на него и скажите мне, хоть одна примета совпадает?
Конвоиры-ловцы посмотрели на Градова словно в первый раз увидели и погрустнели. Ну да, волосы оказались темно-русыми, нос прямой, и мочка уха целая. Зубы как у лошади смотреть не стали.
— Темно было…
— Только это вас и извиняет.
— А с другой стороны Василь Силыч, что честному человеку на болоте делать?
— Тоже верно, — степенно кивнул староста. — Это ты правильный вопрос задал. Может еще кто сбег, а мы о том просто не знаем… Бумаги при нем какие были? А то мало ли чего на болотах кто мог забыть по какой нужде…
— Не… одежка худая и все… не иначе крепостной, или дворовый чей в бега подался натворив чего в барском имении. А то и мастеровой или еще для каких нужд человечек. Руки у него вон какие… тяжелой работы не знающие. Как бы не музыкантишко какой. А это народ пакостливый…
Андрей сам невольно посмотрел на свои руки и признал доводы Демьяна. После пересборки, все трудовые мозоли исчезли. Да и те, что были, за таковые по нынешним временам могли не признать.
— Может быть… может быть… Набедокурил и в бега… Эй, ты кто таков и чьих будешь? — обратился староста к Андрею.
Но тот ничего внятного ответить не мог из-за опухшей челюсти, да и не придумал до сих пор что отвечать. Требовалось больше информации для проработки легенды. И первые наметки благодаря этим разговорам у него появились.
— Понятно, — пробормотал с недовольным видом староста. — Ладно… все равно соврет — не дорого возьмет. Узнать в городе надо. Может награду за беглого дают? Пошли кого в город, пусть узнает. Или сам сгоняй.
— Сделаю Василь Силыч… Лошадку бы для скорости… — попросил Демьян видимо не желая бить ноги.
— Хорошо… возьми Сухаря. А этого пока в подвал отведите… да оставь кого присматривать за ним.
— Вот… Николка присмотрит.
— Пусть он, — согласился староста и отошел в сторону, освобождая дорогу.
На хуторе старосты оказалось довольно прилично народу, одних взрослых под дюжину человек и все чем-то занимались, но все оставили свои дела, чтобы посмотреть на Градова, причем всех скорее заинтересовал не сам он, а его трусы. Наверное, будь он голый и то, столько заинтересованных взглядов не удостоился бы.
— Что это на нем?
— Срамота какая…
— Не иначе басурманская одежка…
— И креста на нем нет…
«Вот кстати да… ну, скажу, что потерялся во время драки», — подумал Андрей.
Наконец минута позора осталась позади, его провели через весь двор мимо каких-то стаек, овинов, бани и прочих строений не совсем понятного для Градова назначения, завели в какой-то сарай и там открыли люк ведущий под землю. Из проема дохнуло сыростью и плесенью, а также прочими непознаваемыми запахами, вроде кислятины и гнили.