«Могут принять за беглого татя, не того, что с рваным ухом, а какого-нибудь другого. Мало ли беглых татей на Руси? — думал Градов. — Фотографий нет, так что обязательно попаду под чье-нибудь описание. И хорошо если просто «снова» закуют в колодки и отправят по этапу в Сибирь, а могут ведь и чего похуже сделать. Вроде бы пойманным бегункам ноздри рвали и каленым железом тавро со словом «вор» на щеках или лбу делали. И даже если нет, то шкуру на спине обязательно исполосуют».
Подвергать себя подобной экзекуции очень не хотелось.
Свободным не представиться, но и чьим-то холопом тоже не прикинуться. Это проверят еще быстрее. И заинтересуются еще сильнее.
— Сбег… — решил «признаться» Андрей.
— А от кого?! — оживился сторож.
Поскольку Градов просто не представлял, что за помещики вокруг могут обитать, то решил поступить по примеру телефонных мошенников, что что-то невнятно бурчат, когда нужно назвать конкретное имя. Был у него опыт общения с подобной публикой. Дескать родственник позвонил, а когда Градов спросил: «Кто?», то услышал неразборчивый ответ и так пару раз переспрашивал, пытаясь разобрать невнятное бурчание.
Благо тогда быстро сообразил, что к чему и с радостью в голосе, дескать узнал, назвал совершенно левое имя: «Дядя Ваня!». Мошенник тогда радостно подтвердил, что дескать верно, это я, и попросил подкинуть деньжат, а то попал в переделку с автоаварией и заплатить пострадавшему не хватает, а я потом дескать верну. Андрей тогда лишь посмеялся и отключился.
У него же сейчас как раз и причина для невнятного ответа имеется — поврежденная челюсть, так что и притворяться почти не надо. Главное, чтобы сторож из неразборчивых звуков услышал что-то знакомое ему.
— Ви-д-г-др-об…
— Чего-чего?
— Ви-н-д-ра-т… — стал еще глуше бурчать Градов.
— Что-что? Ах ты ж… ничего не понять… Виноградов говоришь?
— Д-ха…
— Ах, вот оно что! И фамилью стал-быть взяли по имени хозяина вашего только начало обрезали.
— А-ха…
— Понятно. А чего сбег?..
— Убгу-бу…
Этого Андрей еще не придумал. Да и говорить действительно стало сложнее, челюсть заболела сильнее. Похоже несколькими фразами он выбрал лимит на какое-то время.
— Ах ты ж напасть… — правильно понял сторож трудности пленника, но это его не остановило от болтовни, что только порадовало Андрея, тем более что говорливый сторож стал обсуждать помещика Виноградова: — Да, суровый у вас был хозяин… да видимо наследник у него еще суровее…
Тут в монолог вмешался новый участник, точнее участница, если судить по звонкому девичьему голосу.
— А он взаправду музыкант? Я от тяти слышала…
— Не знаю…
— Так спроси!
— Эй, Андрейка! Ты музыкантом дворовым был при барине?
— А-ха…
Другого варианта Градов все равно придумать не смог, а по рукам его уже «разоблачили», что он кто угодно, но точно не крестьянин и не мастеровой. Холеные ручки-то. Значит из какой-то «белой» дворни, причем не трудовой, а из числа развлекательной. Ну мог быть еще из числа управленцев, этакий надзиратель, но такому бежать смысла нет, разве что не проворовался в пух и прах, но представляться беглым воришкой опасно — решат раскулачить, а потом концы в воду. Потому музыкант, с такого спроса нет.
Что до реальных музыкальных способностей, то максимум что он мог, это выдать три блатных аккорда на гитаре. Этого явно недостаточно для подтверждения квалификации музыканта.
— Пусть что-нибудь сыграет!
— Так на чем же ему играть-то?..
— И правда… Тогда пусть споет!
— Мы его помяли сильно и челюсть свернули, так что долго ему еще не петь…
— Тьфу на вас! Только и знаете, что драться! Как есть бараны!
— Анюта! А ну иди сюда, егоза! Ты чего там крутишься?! — прозвучал женский голос, видимо матери этой девчушки и она убежала под тяжелый вздох Николки.
— Что Андрейка… новый хозяин похоже в музыканте не нуждался и решил тебя на тяжелые работы определить?
— Угу…
— Понятно… после того, как слух барский ублажал песенками да музицированием, да жрал с барского стола стать обычным землепашцем — смерть. Понятно, что с непривычки в бега подался…
В голове же Андрея забрезжила смутная идея кем ему представиться. Впрочем, как он понимал, окончательный вариант будет зависеть от многих внешних факторов.
Андрей, сидя в темном, сыром и холодном подвале практически потерял счет времени. Его сторож о чем-то болтал, но его голос проходил для Градова как звуковой фон, типа радио или включенного телевизора, как он обычно делал дома, чтобы разорвать гнетущую тишину.